– Рассуждая, Ларс не спеша закатывал штанину свободных спортивных брюк с лампасами, и девочке пришлось одной рукой опереться на его плечо, чтобы сохранить равновесие. – Бампер обычного автомобиля, а ты сказала, что это был обычный автомобиль, а не грузовой или пассажирский, высотой от земли примерно вот досюда. Выше он ударить не мог, ниже тоже. Посмотрим… ого.
В голове все сошлось.
– У тебя проблемы с самоконтролем? – Клиффорд поднял голову, чтобы найти глаза девочки.
Нина ничего не ответила, только убрала руку с его плеча, чтобы вернуть штаны в исходное положение, и при этом недовольно сопела. Она пахла потом, железом, пылью и ветром. Поднимаясь на ноги, Лоуренс едва удержался, чтобы не протянуть руку к ее ребрам. Потрогать хотя бы через ткань кофты, посмотреть на реакцию – скривится от боли или не успеет? Вместо этого офицер поддержал ее, когда девочка пошатнулась. Может, она и головой стукнулась? Сотрясение?
– Тебе и раньше делали больно, да? Боли ты не боишься, если сразу после столкновения устроила водителю вендетту, хотя еле на ногах стояла. Разозлилась на то, что он сделал? И действовала, подчиняясь гневу.
Тут Лоуренс как будто осознал суть случившегося. Неприятная эмоция отразилась на его лице. Точно так же ветер вызывает рябь на воде, даже если дует несильно.
– Присядь и подожди, – другим тоном добавил он и стремительно вышел. Дверь на этот раз осталась нараспашку.
Офицер разозлился не меньше, чем сама она несколько часов назад. Только злился он не на нее и не на водителя. Это Нина увидела четко. У кого еще тут проблемы с самоконтролем! Дед в таких случаях говорил: рыбак рыбака видит издалека. Правда, Нина не понимала, при чем тут рыбалка.
Секунд двадцать затишья резко сменились металлическим грохотом и последующим вскриком нескольких девушек. Кто-то ударил по решетке изолятора, ударил сильно, намеренно, чтобы привлечь внимание. Нина крупно вздрогнула всем телом, как это бывает перед сном. Не громкий звук испугал ее, а догадка, кто мог его создать.
Девочка вжалась в кресло, представив себя на месте несчастных стажеров, вынужденных принять на себя гнев старшего по званию. Не хотелось бы ей когда-нибудь иметь такого начальника. Благодаря распахнутой двери слышно было каждое слово. Как будто все происходило в этой самой комнате, где оставаться ей совершенно не хотелось.
– Что за бардак у нас в участке, хм? Вы хоть понимаете, что сделали? Эту девочку сбила машина, вот почему она напала на водителя. Этого вы не заметили, да? Не разобрались. А зачем? Она еле на ногах стоит, на теле живого места нет от ушибов, а вы ее в камеру? Совсем страх потеряли? – Тут у Нины брови полезли на лоб сами собой. – Я вас обоих убью когда-нибудь собственными руками, клянусь при свидетелях.