Оказывается, множество привычных людям технологий появились благодаря исследованиям внутриатомных взаимодействий. Рентгеновские лучи, лазерная хирургия и магниторезонансная томография, ядерная энергетика, транзисторы, диоды и микрочипы, суперпроводники и силовые кабели, CD– и DVD-плееры, датчики дыма, вся техника от сотовых до компьютеров и даже интернет.
– Хм, – задумчиво выдал офицер.
– Вот тебе и хм. Практическая польза квантовой физики пропитала нашу повседневность, мы просто не знаем истоков. Действительно, сложно это принять. Если даже феномен нашего сознания частично можно объяснить работой квантовых систем, то о чем вообще речь? Это самый низший уровень мироустройства, невидимый фундамент. Все сводится к нему! Все! Известные нам законы химии и биологии работают, отталкиваясь от алгоритмов квантового мира. Как бы кому ни претило, но это научно доказано. Исследование генетических мутаций и мозга, микробиология, огромное количество биохимических процессов – фотосинтез, дыхание и сворачивание белка – основано на квантовом туннелировании. Полагают, что оно вообще может оказаться базой эволюционного развития жизни на Земле, объяснить сам процесс эволюционных мутаций!
– И ты ему все это объясняла?
– Мнения не поменял.
– Ну и [bolvan]. Даже я поменял бы.
Такой похвалой Нина осталась довольна. Клиффорд даже затылком чувствовал ее улыбающуюся физиономию. Движения пальцев стали более плавными, подушечки приятно щекотали кожу головы. Захотелось прикрыть глаза и откинуться в кресле, представить нечто большее. Например, массаж плеч.
– Сейчас мы сделаем из тебя принцессу, – пообещала она. – Феечку.
– Так вот ради чего ты заключила со мной пари.
– Офицер, вы только что раскрыли свое самое крупное дело. Вот новые погоны и салют в вашу честь.
Нина довольно похоже изобразила взрывы со свистом и рассмеялась.
Судя по интонациям, дыханию и настроению, содержание рапорта, который Клиффорд только что закрыл, осталось ею незамеченным. За экраном его компьютера она никогда не подглядывала – по той причине, что работа рядового офицера казалась ей до смерти скучной, в отличие от работы рядового физика.
– Деловое предложение, – заявил Клиффорд. – Я задаю прямой вопрос, ты – честно отвечаешь.
– Первый допрос в новой должности? Так быстро? Ну ладно, валяй.
– Те парни тебя обижали?
Она не стала спрашивать какие. Сразу все поняла, как надо, и замолчала, потому что терпеть не могла эту тему. И Клиффорд знал, что она терпеть ее не могла, потому что ей не нравилось быть слабой. И с кем-то это обсуждать тоже.
– Ты приезжал на арену в мое отсутствие? – недовольно уточнила девочка.
– Слушай, можешь сказать мне все как есть. Ты же меня знаешь.
– Конфликты были, но я не вижу смысла об этом вспоминать.