Автор
В Веронике играет острый зигзаг между желанием подстроиться и выжить на работе и решением взяться за свое, забыв о предыдущих обещаниях. Каждая страница переполняется драмой и надеждой, вдохновляя читателей к самореализации.
А твой дорогой Артур будет сидеть напротив и давиться от бессилия.
Меня замутило.
— Он ведь полюбил тебя по-настоящему, а ты ему такой подарочек сделала. Гранату, да в самое сердце, чтобы там разворотило все к чертовой матери. Прямо Вероника-Разрушительница, — рассмеялся он, довольный собственной шуткой.
Мне сдохнуть хотелось от собственной тупости, оттого к чему привели мои необдуманные действия. Выбрала платье. Молодец. Всю жизнь под откос спустила и не только себе.
Меня передернуло от ужаса, безысходности, отвращения и липкого страха.
— Ты меня поняла, Вероничка? Будешь лишнее болтать — им конец. Будешь себя неправильно вести — им конец. Поняла? — сдавил еще сильнее.
Мне хотелось его послать, заорать, вцепиться когтями в лицо, но вместо этого судорожно сглотнула и кивнула, потому что поверила ему. Он ведь не шутил, ни капли и все его угрозы — реальны.
— Вот и умница, девочка, вот и молодец, — он притянул меня к себе, обнял по-хозяйски, подбородком уткнувшись в мою макушку, — заживем теперь. Что ни день, то праздник будет.
Я с содроганием думала, про это светлое будущее. Что ни день — то смерть. Моя. Без права на объяснение, без шанса на помилование.
***
На работу я шла как на каторгу. Серое офисное здание из бетона и стекла, казалось мне тюрьмой, надгробьем на могиле моего счастья. Мне больше не хотелось сюда приходить, но Кирилл запретил увольняться. Сказал, чтобы я вела себя как обычно, занималась своими делами, улыбалась начальству.
А как улыбаться если внутри сплошное кровавое месиво?
Я еще не подошла ко входу, а у меня уже щеки пылали, будто над костром склонилась.
Я даже с шага сбилась, споткнулась на ровном месте, уронив сумку на землю.
— Аккуратнее надо быть, — снисходительно заметил охранник, который каждое утро желал мне хорошего дня. Он поднял мою сумочку, отряхнул и протянул мне, а я как неживая смотрела на него, не понимая, как жить дальше.
