Автор
В Веронике играет острый зигзаг между желанием подстроиться и выжить на работе и решением взяться за свое, забыв о предыдущих обещаниях. Каждая страница переполняется драмой и надеждой, вдохновляя читателей к самореализации.
Я и так уничтожена. Вероломными объятиями, гадкими постыдными прикосновениями, ледяным холодом человека, без которого не могу жить.
— Я плохо с ним поступила, — к горлу подступил горький ком, — мне так жаль. Я не хотела…не думала, что так все выйдет.
— Ах жаль ей. Сначала одному брату голову запудрила, потом второму. Не пойму, что они вообще в тебе нашли. Ничего особенного. Пустышка, жадная до наживы. — сквозь зубы процедил Демид, — слушай, может мне тоже тебя поиметь? Может проникнусь, расчувствуюсь? А что, семейный подряд будет.
— Пожалуйста, Демид, — всхлипнула я, — хватит.
— Я еще даже не начинал.
— Да, я поступила некрасиво…
— Некрасиво? — изумился он, — ты серьезно считаешь, что поступила просто некрасиво? Сначала с одним позажималась, потом к другому в койку перескочила. Знаешь, как это называется?
— Знаю, — прошептала я, — прости.
Демид с молниеносной скоростью сделал движение вперед и сжал пальцы на моем горле.
— Ты не представляешь, насколько сильно мне хочется сейчас свернуть твою тощую шейку. Нет человека, нет проблем, — сжал пальцы чуть сильнее, и я испуганно захрипела, задергалась, — да пришлось мелкому идиоту обещать, то не трону. Отпихнул меня от себя, как нечто мерзкое.
Я закашлялась, схватилась за горло, затравленно глядя на свирепого мужчину.
— Учти. Я буду смотреть за каждым твоим шагом. Контролировать каждый твой вздох. Если ты только посмеешь поступить так же с Кириллом — тебе конец.
Прямая, ничем не прикрытая угроза. Как удар в живот. В солнечное сплетение.
С одной стороны, Демид, обещающий меня уничтожить, если я наврежу Кириллу, а с другой стороны сам Кирилл, грозящий уничтожить родных братьев, если я не буду паинькой.
Театр абсурда.
— Я люблю его, — пронесла сипло, задыхаясь от слез.
— Любишь? — снова угрожающий шаг ко мне.
— Люблю. Больше жизни.
Я говорила искренне.
"— Я просто как увидела его, поняла, что он тот самый. Единственный. Я без него жить не могу. Дышать не могу. Я на все готова ради него.
Демид хмурился, думая, что я говорю про младшего, но я признавалась Артуру. Последний раз, давясь горькими словами и сожалениями. Зато Демид поверил, почувствовал, что не вру. Вот только адресата признаний неправильно вычислил.
— Мне жалко, что так все вышло.
