Автор
Поднимаешь документы и улыбаешься мертвой харе. Мужчины делятся всеми своими проблемами с твоим столиком как с крепким чаем. Вдруг ты понимаешь, что развод — это не что-то, что надо бежать из дома и заплакать в одиночестве. Это шанс освободиться от удушающего атмосферного тумана, который они какими-то невероятными усилиями создали вместе....
– Простите за мое неуместное любопытство, но что с вашим лицом? – интересуется он следом.
Я судорожно дотрагиваюсь до своего лба, провожу рукой по рассечению на брови и меня бросает в удушливый жар. В глазах начинает темнеть.
Или я сейчас говорю правду. Швыряю в лицо Матвея снимки с блондинкой и подписываю заявление на развод, избавляя тем самым себя от жизненных испытаний.
Либо же я загоняю себя в жесткие рамки и плету вокруг себя паутину лжи и лицемерия. Проще говоря, следую указаниям Дамира (в записке) и смотрю, что из этого выйдет.
Тем временем две пары глаз устремляются четко на меня. Мужчины загоняют меня в ловушку, облепив с обеих сторон.
Слева от меня стоит предатель, с которым я прожила три года, а справа – человек, о котором я не знаю ничего.
И если в глазах Матвея угадывается тревога, то по Дамиру, опять же, нельзя сказать ровным счетом ничего.
Но на интуитивном уровне я чувствую, как последний воздействует на меня. Как мысленно он давит. Ничего при этом не делая.
Но он желает помочь… Так ведь?
У него есть то, что может разоблачить Матвея!"
"– А это… – тушуюсь, издаю взволнованный вздох.
– Что-о-о? На тебя напали? – возбужденно горланит Матвей, вихрем подлетая ко мне, обнимает, целует меня в висок, на ранку дует, – Кто? Кать, ты уже обращалась в полицию? Что они тебе сказали? Они уже ищут нападавших?
– Ох, – нет слов, одни междометия.
Если честно, мне не до разговоров. Как бы просто выстоять, вытерпеть этот бурный натиск, направленный со всех сторон.
Сложно, но я буквально приказываю себе держаться из последних сил. Велю себе реагировать на объятия мужа… и на его ласку так, как будто между нами не произошел раскол.
– Прости, прости, Катён. Это я виноват, моя вина, не нужно было мне… – Матвей зарывается носом в изгибе моей шеи, напрочь забывает, что мы тут не одни.
Пребывая в ступоре, я нахожу взглядом Дамира. Черты его лица заметно смягчаются.
Он одаривает меня скупой улыбкой, пока Матвей занят разглядыванием моих увечий на лице. Пока я силюсь, чтобы не скинуть с себя его мерзкие руки и не послать к черту.
– Очень надеюсь, что в скором времени все ваши обидчики получат по заслугам! – встревает Дамир, задумчиво глядя на спину Матвея, явно на что-то намекая.
