В воскресенье я сам заказываю еду из ресторана, потому что готовить Дина не умеет абсолютно ничего, а не только завтраки, как мне казалось в самом начале. И когда я в шутку говорю, что подарю ей на день рождения поваренную книгу моей бабушки, Дина на полном серьезе отвечает, что не собирается учиться готовить и заниматься домом и всеми «прочими женскими скучными делами», потому что она — творец, и лучше будет работать, чем тратить время на домашние заботы непонятно ради чего.
— Тебя же не смущает, что я не собираюсь становиться домохозяйкой и милой женушкой в накрахмаленном переднике? — спрашивает она, когда раскладываю по тарелкам наш только что привезенный ужин. Из-за пробок курьер добирался почти на полчаса дольше, и кое-что уже успело остыть, но по крайней мере все это выглядит съедобнее, чем готовка Дины. — Или там, где ты пропадал эти недели, тебя успели покорить кулинарными талантами?
Я сначала пытаюсь сделать вид, что не понимаю, о чем она, но Дина «милосердно» вскрывает карты, рассказывая, что видела меня с «милой школьницей». Говорит немного снисходительно, явно не комплексуя ни по поводу своего возраста, ни по поводу моего «ухода к другой»."
"— Всегда было интересно, — вдруг развивает тему Дина, — почему мужчина, которому больше тридцати, вдруг впадает в детство и начинает вытирать сопли маленькой девочке. Это комплекс «папочки»? Или просто приятно, когда на тебя смотрят, как на божество?
— О чем ты? — не сразу въезжаю я.
Дина снова делает губы-уткой, хоть я уже как только не намекал, что так она выглядит, мягко говоря, не обезображенной интеллектом. И судя по этому то ли вопросу, то ли попытке поддеть меня иронией, стоит задуматься, так ли высок ее IQ.
— Я понимаю, что перегнула палку, Андрей, но, давай будем честными — не до такой же степени, чтобы сбегать от меня к маленькой глупой девочке, которой не хватает ума понять, что, если встречаешься с мужчиной за тридцать, пора переходить на взрослую одежду и забывать дорогу в «Детский мир».
Если честно, вопрос о том, как и во что одевается Алиса, в моей голове даже никогда и не появлялся. Наверное, потому, что я видел ее и в сексуальном открытом платье, роскошную, как актриса с красной дорожки «Оскара», и в образе училки — в очках и простом пиджаке, и в образе молодой женщины, которая может носить кеды под брючный костюм или шапку с заячьими ушами.
Тем более, этот вопрос вообще терял актуальность после того, как я своими глазами увидел, что под одеждой у нее все, как надо.
— Дина, ты правда хочешь развивать эту тему? — на всякий случай предупреждаю я, давая ей шанс отступить. — Тебя куда-то не туда несет.
Легче всего — валить все свои провалы на чужую голову.
Было бы у нас все идеально — я бы не ушел.