— Прости, я… забыл, что не любишь жасмин.
— Ты и не обязан был помнить. — «Даже если мне очень этого хотелось».
Глава восемьдесят третья: Сумасшедшая
Удивительно, но следующих пару часов пролетают как один миг.
Совсем как раньше, когда я часами рассказывала о деле своей мечты, а Андрей рисовал красивые проекты зданий, спрашивая, нравятся ли мне окна, и как украсить фасад, и где лучше разместить урны, чтобы они вписались в дизайн. Тогда мне казалось, что мы настолько на одной волне, что если сядем рядом, очень тесно друг к другу, то можем разговаривать без слов — просто шепотом, мыслями.
Мы не ругаемся.
Не обмениваемся упреками.
Просто болтаем: о работе, о наших планах, о том, что успело случиться за эти несколько месяцев.
Я даже почти готова поверить, что между нами ничего не произошло."
"Что мы сможем простить друг друга и общаться хотя бы как друзья.
Только в голове все время вертится фраза с какой-то цитаты на картинке в девочковой группе инстаграма: «Друзьями просит остаться тот, кто до сих пор любит».
Я до сих пор его люблю. Скорее умру, чем поверю в жизнь где мы будем ходить друг к другу в гости на выходные, дружить семьями и женить наших детей.
Хотя, какие дети?
В моем будущем их не будет.
Телефонный звонок помогает быстро отрезветь от неприятных мыслей.
Это — Бармаглот.
Теперь подписан через сердечко — «Бармаглот♥Муж»
Я прикладывю телефон к уху и, извинившись перед Андреем, выхожу поговорить на улицу.
— Ты где? — спрашивает он. Голос уставший, немного охрип. — Приехал домой — тебя нет. На работе снова завал? Какого хуя ты не уволишься, Зай? Занимайся…
— Я в кафе с подругами. — Мне стыдно за ложь, но если скажу, что решила выпить чаю со своим бывшим — кому станет лучше от этой правды? — Что с голосом? Простыл?
На прошлой неделе промокли, когда решили погулять по ночной Москве.
В меня Бармаглотище запихнул целую горсть витамин и следил, чтобы пила их каждое утро.
А сам все время отмахивался, мол, у него здоровье как у быка, и сопли последний раз были еще в младшей школе.
Нужно завтра же купить ему витамины и следить, чтобы пил.
В коне концов, он — мой будущий муж.
А во вторник — последняя примерка моего Платья Номер один.
Два других уже висят в шкафу.
— Устал, — говорит Миллер. — Заехать за тобой?
— Я взрослая девочка, Марк Игоревич, и в состоянии вызвать такси.
— Точно? Пришлешь мне номер машины и будь на связи всю дорогу. Поняла?
— Так точно, злючище Бармаглотище.
Он хрипло смеется.
И у меня непроизвольно тянет внизу живота, и в голове появляются мысли о том, что секс с ним действует на меня как самая сумасшедшая наркота. Та, от которой становишься зависимым с первой дозы и до конца жизни.
Как можно: любить одного мужика, но кайфовать от секса с другим?
— Завтра едем за кольцами, Зай.