Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
Раздел Chitat.online для книги «Забытые смертью» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Видно, хорошо приняли родственники, коль недосуг писать и возвращаться не спешит. Сергеи даже гордился, что так много он успел за ее отсутствие. Приедет — порадуется, похвалит. Поймет, что не ошиблась в выборе. «Мужик ценен не образованием, а умением своим», — думал Серега, обновляя крыльцо, ремонтируя забор вокруг дома.
Прошел месяц, полтора со дня отъезда Ирины. От нее ни слуху ни духу. Все в семье беспокоиться начали.
— Поезжай за нею! — советовали сестры.
— Телеграмму пошли, спроси, в чем дело, когда вернется? — настаивали братья.
Но Сергей ждал, не торопясь. Хотя в душе переживал больше всех. Он не понимал, что могло произойти с женой. Ведь помимо короткой телеграммы, полученной на третий день отъезда, что добралась до места благополучно, ничего не получал от нее.
— Может, заболела? — спрашивала сестра.
Сергей не верил. Ирина была не из болезненных. Она даже разговоров о болячках не терпела. Обрывала их, грубила, ее, как она признавалась Сергею, тошнило от этой темы. И кто бы не завелся, от Ирины получал жесткий отпор, колкие насмешки, полное презрение к разговорившемуся.
Сергей уже помог убрать картошку с огорода. И про себя решил: если от Ирины не будет известия еще неделю, вызовет на телефонный разговор.
И вдруг вечером пришла телеграмма: «Не волнуйся. Все хорошо. Жди письмо. Ирина».
Сухой текст телеграммы насторожил Сергея. Домашние радовались, что объявилась невестка. В письме объяснит, почему долго молчала. И только самого Сергея эта телеграмма не порадовала. Вроде обычная. Но без сердца, без тепла она. И стал ждать письма.
«Почему не позвала приехать? Не сообщила, когда сама появится? Хотя, конечно, все это в письме скажет. Но ведь обидно», — хмурился он.
До конца отпуска оставалось еще два месяца. Сергей ни одного дня не сидел без дела. Он углублял подвал в доме, когда сестра, вернувшись с улицы и пряча за спиною руки, заставила Сергея танцевать и показала письмо.
Отбив чечетку, вырвал письмо. И, даже не помыв руки, заспешил к окну читать долгожданную весточку.
«Здравствуй, Сережка! Как ты там, в своих Липках? Наверное, по горло делами занят и забыл, когда начинается и кончается день? Иначе не может быть. Ты слишком безупречный, слишком хороший человек. Таких уже не сыщешь. Тебя надо под колпаком растить, как редкий, единственный экземпляр, сохранившийся от неолита. Хотя в тот пещерный период вряд ли был такой экспонат, как ты, неповторимый, неподражаемый. Я вовсе не шучу, не издеваюсь, я — на полном серьезе…
Сережка! Милый! Ты так хорош, что достойных тебя уже нет на земле. Вот и меня ты жить заставил, убедил в нужности, необходимости. Помог поверить в себя. И поднял меня, осмеянную и обманутую, над пересудами и сплетнями, назвал своею. И любил чисто, без напоминаний о моей ошибке.
