Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
Раздел Chitat.online для книги «Забытые смертью» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Повествование о мире советских ссыльнопоселенцев, где сосредоточена криминальная элита страны. Автор раскрывает жестокий быт заключённых, их кодекс чести и противоречивую мораль, которая зачастую оказывается честнее, чем жизнь за пределами колючей проволоки.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Под гробовую доску испоганился, — сетовал иногда старик, и мальчишка не понимал, отчего дед печалится. Кто такой вор и кто есть упокойник? Он знал, что дед и бабка не жили раньше вместе с ним и подобрали его на дороге. Зачем они это сделали, Данилка не понял враз. Да и к чему? Ведь вот и дед говорит, что война всех перемешала. Своих чужими сделала. А враги иным родней семьи стали. Ничего в свете не понять.
Кто с кем и за что воевал, он узнал гораздо позже.
«Как пришел в школу?» — пытался вспомнить Шик. Но в памяти провальная дыра…"
"Какие-то люди пришли в избу. Взяли бабку с дедом. Кричали на них. Деда били по лицу, называли мародером. Кинули в телегу мешками. И его, Данилку, пинком к ним вогнали. Дед тогда и сказал, где взял мальчишку.
Ночью старик разбудил Данилку. И научил убежать. Скорее и подальше. Мальчишка послушался. Но не успел он уйти далеко. Его нагнали. Вернули. И чтоб неповадно было убегать еще раз, на его глазах из ружья застрелили деда.
— То же будет и с тобой в другой раз — пригрозили мальчишке.
Данилка, увидев убитого старика, упал на землю. Память вернула его в тот день, когда самолет перекосил вереницу беженцев, отнял у него мать, сестер.
У Данилки начался жестокий приступ эпилепсии.
Он не видел, как плакала в телеге бабка. Как ругала власть, победившую в войне и умевшую убивать людей хуже, чем враги.
— Изверги! Ладно старика, мальчонку за что обидели? Палачи! — оборвала ее крик пуля…
Данилка этого уже не видел. Он очнулся в больнице, где старый доктор, осмотрев его, сказал, хмурясь:
— Это у него пройдет. С возрастом. Издержки войны сказались. Видно, пережить довелось что-то. Потрясение… Но кто этого не перенес? Жить будет. А под контролем его держать надо, — говорил врач седому человеку, который и привел его в детский дом.
Данилка был тихим, но упрямым мальчишкой. Он плохо учился и часто оставался на второй год. Его никто не обижал. И сам Данилка никого понапрасну не ударил. Он был дружен со всеми, но всегда был одинок.
Единственно, к кому безотчетно тянуло Данилку, так это к девчонкам. Он любил подглядывать за ними с каким-то трепетом. Всегда играл с ними, любил раздевать и разглядывать их. Особо нравилась ему одна, толстушка Катька.
Уловив Данилкину слабину, она умело пользовалась ею. И за лакомый кусок сама раздевалась, показывая мальчишке все, из чего она состояла. За это он отдавал ей булки и ватрушки, перепадавшие в полдник.
Однажды за этим занятием их застала воспитательница. Подняла шум, назвав Данилку развратником, а Катьку распутницей. И привела их за уши к директору. Тот ругал обоих. И велел не спускать с них глаз. Но… Катька и Данила стали убегать в сад, окружавший детдом. И там от разглядываний друг друга перешли к более взрослому занятию.
Вначале все это воспринималось игрой.
