История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
Раздел Chitat.online для книги «Забывший имя Луны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И эти у вас, как их там, Дети Лунного Света – глаза у них какие-то прозрачные… Наркотиков-то там как?…
Аполлон заверял участкового, что никаких наркотиков Дети Радуги не используют, а являются чисто духовным движением, проповедующим Небесную Любовь на земле, а достигать ее предлагают на основе древнеудэгейского знания, раскопанного одним из их основателей во время археологической экспедиции , в которой он числился поваром.
Участковый согласно кивал головой , сочувственно щелкал языком, говорил о том, что вот теперь запретили насильно забирать в сумасшедший дом, а кто же туда сам-то идти захочет, и это даже страшно подумать , сколько сейчас психов разгуливает на свободе, и чего они только не вытворяют. Усыпив Аполлона своими монотонными сетованиями, милиционер хитренько щурился и гнул свое, интресуясь, что вот, говорят, есть какое-то такое психотронное оружие, и всякие секты его, говорят, используют, вот как «белые братья», что намедни были, но у него-то на участке, бог миловал, их не случилось, но как бы не завелось чего похуже…
Аполлон снова встряхивался и рассыпался в верноподданейших заверениях, что никакого психотронного оружия, лучей Лазаря и прочей техники в распоряжении Детей Радуги не имеется, а имеется разве что ребячье-щенячья глупость и наивность, которая с возрастом у большинства бесследно пройдет, и станут они полноценными членами демократического общества, и лучше пусть они будут проповедовать Небесную Любовь, чем сникерсы, обернутые в тампаксы, конкуренцию всех со всеми, полукриминального спекулянта, как героя нашего времени, «человек человеку – волк» и прочие радости нарождающего капитализма. Пожилой милиционер опять сокрушенно кивал, и уходил, все еще покачивая головой и что-то бормоча себе под нос.
После некоторого периода почти абсолютного молчания у Кешки опять прорезалась способность говорить. Жители сквота сами не дураки побазарить, и Кешку, согласно рекомендациям Аполлона и бабы Дуси, практически во все разговоры старались втянуть. У Кешки же, соблюдая последовательность, актуализировались слова и идиоматические обороты, почерпнутые на предыдущем этапе жизнедеятельности, от жителей каморы и алексовых приспешников.
Насельников сквота прорезавшаяся Кешкина речь приводила в ужас.
– Ну что ты, в натуре, по фене ботаешь, словно урка какой-нибудь! – возмущенно восклицал Переверзев-Лосский во время очередного урока истории, когда Кешка, помаявшись и поподбирав слова, решался-таки задать очередной вопрос. – Ты же человек! Ты должен жить не по понятиям их звериным, а по голосу совести, по внутреннему нравственному закону, о котором старичок Кант говорил…
Кешка, избегая путаницы, всегда интуитивно предпочитал первоисточники.
