История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
Раздел Chitat.online для книги «Забывший имя Луны» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История мальчика-сироты Кешки, выросшего в условиях дикой природы северной тайги. Потеряв навыки общения, он оказывается в шумном Петербурге времён перестройки. Борясь за выживание в чужом городе, Кешка сталкивается с новыми людьми и испытаниями, которые помогут ему вернуться в мир людей и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ну, как волки зубы скалят, или там шерсть на загривке поднимают…
– Угу! – кивнул Кешка и с такой жутковатой достоверностью изобразил угрожающую позу и гримасу волка, что Аполлон даже попятился. Потом встряхнулся и вдруг заорал, вытаращив глаза и оскалив крупные зубы:
– Ты чё?! Ты чё, в натуре, на меня наезжаешь?! Чё, самый крутой, да?! Ты знаешь, кто я?! Кто я – ты знаешь?! Щас узнаешь, в натуре! Я тебе щас ноги на уши навешу, и будешь кругом бегать, пока кишки наружу через задницу не полезут!!
Кешка смотрел на Аполлона с откровенным восхищением. Аполлон перевел дух и вздохнул:
– Понимаешь? Вот так мы с тобой можем всю жизнь разговаривать и будем при этом отличаться от лесных крыс только двуногостью, размерами и распределением волосяного покрова. Тебе это надо?
Кешка энергично и отрицательно замотал головой.
– Вот и я так думаю – ни к чему нам это. А вообще я тебе так скажу: есть на свете только два типа людей – пахари и странники. Пахари – это те, которые пашут, которые хлеб растят. Пахарем и художник может быть, и врач, и рабочий…
– Работать! – ухватился Кешка.
– Да, да, те, кто работают, пашут. А странники – они всегда идут куда-то, не дают всему этому пригореть, заплесневеть, закиснуть. Странником может быть и купец, и путешественник, и богомолец, и коммивояжер. Если человечество рассматривать как тесто, то все они не дают ему застояться, обеспечивают приток свежего воздуха. И отсюда главная задача человека на раннем этапе его жизни, это понять, кто же он – странник или пахарь? Потому что если выберет он неверно, то весь век ему счастья не видать, а то и вовсе снесет его в накипь, ты вон ее, накипи-то, навидался уже… И не так важно, как он там будет странствовать, с молотком геологическим или итальянские колготки продавать, или что пахать будет – землю или какую-нибудь молекулярную биохимию – важно стратегию правильную избрать…
– Значит, пахари, странники и накипь… – подытожил Кешка, явив чудеса анализаторских способностей. – А я – кто? – впервые в жизни он столкнулся с чужой классификацией и, хотя не все понял, был полностью покорен ее остроумием и совершенством. Все его, кешкины, классификации основывались лишь на внешних признаках. Возможность использовать для классификации что-то из таинственной для Кешки области жизни души, приводила юношу в почти экстатический восторг. Приблизительно то же самое он испытывал, наблюдая закат солнца.
– Увы, друг Кеша, это можешь решить только ты сам, – с сожалением вымолвил Аполлон. – Никакие советы и рекомендации тут не годятся. Наблюдай жизнь, прислушивайся к себе, рано или поздно придет понимание. Избегай накипи – это легкий, но засасывающий путь.
