Но, стоит мне ее заполучить, можете считать, что дело раскрыто.
Инспектор насмешливо улыбнулся:
– Впечатляет, сэр. Полагаю, вы проясните сразу все – и убийство Доусона, и остальные дела? Жаль, что пока вам нечего нам сказать.
В глазах мистера Эмберли сверкнуло пламя.
– Поскольку вы так зациклены на убийстве Доусона – самом неважном звене в этой цепи, как я уже неоднократно отмечал, – ладно, скажу вам, кто его убил.
Полковник едва ли не подпрыгнул:
– Так вы знаете?
– Знал еще с того вечера, когда в особняке состоялся костюмированный бал, – невозмутимо ответил мистер Эмберли. – Его убил Коллинз.
Уотсон был ошарашен:
– Но… но…
– Замечательно, сэр, – все еще улыбаясь, произнес инспектор. – Стало быть, такой пустяк, как твердое алиби, в расчет уже не принимается?
– К алиби следует относиться с особой осторожностью, инспектор. Будь у вас больше опыта в расследовании преступлений, вы бы уж давно усвоили этот урок.
Фрейзер побагровел:
– Может, будете столь любезны и представите нам доказательства, мистер Эмберли?
– Доказательств никаких. Лишь один человек мог бы опровергнуть это алиби, но он не посмеет. А вы можете относиться к моим высказываниям, как вам будет угодно.
– Все это, конечно, очень интересно, – с сарказмом заметил инспектор. – И крайне полезно. Стало быть, обвинить в убийстве нам некого, так, что ли?
– Почему же? Напротив.
– Понимаю. Слышал ваше мнение по поводу смерти Брауна. Собираетесь предъявить обвинение в его убийстве тому же Коллинзу?
– Коллинз, – мистер Эмберли взял со стола шляпу, – последний человек на этом свете, который мог быть заинтересован в смерти Брауна. – Он обернулся к полковнику Уотсону. – Теперь что касается пропавшей улики, полковник. Если у вас имеется мало-мальски тактичный сотрудник – только ни в коем случае не Фрейзер, – пусть он допросит сестру Доусона. Вполне возможно, что искомый предмет в момент смерти находился при нем. Надо, чтобы допрос был проведен толково и осторожно. Шансы невелики, но попытаться все же стоит.
По пути в Грейторн Эмберли заехал в Верхний Неттлфолд, повидаться с сержантом Губбинсом. Тот занимался разбирательством автомобильной аварии, но отлучился на минуту, переговорить с Эмберли.
– Сделали, как я просил? – спросил Фрэнк.
– Да, сэр. Такер. Второй раз он не ошибется, обещаю.
– Что ж, хорошо. – Эмберли кивнул Губбинсу на прощание и уехал.
В девять часов вечера в гостиную вбежала перепуганная горничная и истерически воскликнула:
– О сэр! О миледи! Воры! Грабители!
– Что?! – рявкнул сэр Хамфри и уронил газету на пол. – Здесь, в доме?
– О да, сэр! Ну так мне показалось. В спальне мистера Эмберли, сэр. Я так перепугалась, что стало дурно, сэр.