Автор
В мрачной тундре сражаются последние выжившие. Вражеский танк медленно продвигается, казалось бы, к следующей цели — но его мощные двигатели и железная боеголовка делают каждое движение долгим и трудным битвающимся с ним отрядом.
Украинский вояка удивленно взглянул на меня: видимо, он настолько увлекся, что совершено не следил за происходящим и не заметил моего появления в салоне бронеавтомобиля. Я выдернул нож и еще раз вонзил его в тело врага, но уже в шею. Попал четко в артерию, кровища хлынула сильной струей, окатив меня соленым липким потоком.
Спихнул труп поверженного врага с Бамута.
– Жив?!
– Да-а-а, – прохрипел Семен. – Сука, на полу тишком лежал. Я подумал, что труп, а он, падла, вскочил и как вцепится в горло. Похоже, борец, сразу меня заломал.
"– Отдышись, – хлопнул я по плечу пулеметчика. – Переведи дух. Я за пулемет, на крышу.
Семен кряхтел и дышал через силу, лицо у него было не просто красное, а багровое. Вены выступили натуженными жгутами, а в белках глаз полопались кровеносные сосуды, превратив глаза в страшные кровавые прорези. Выглядел Бамут хреново, но ничего, он парень крепкий, отдышится.
Бам! Бам! Бам! Снаружи в борта МРАПа заколотило чем-то тяжелым. Будто огромный великан принялся буцкать бронеавтомобиль своей здоровенной ногой.
– Твою ж-ж мать! – выругался я.
Мертвый украинский пулеметчик остался на своем боевом посту. Бамут в самом начале боя поразил его точным выстрелом в голову, но вражеский боец остался висеть, зацепившись разгрузкой за пулемет. Я немного повозился, сдернул мертвеца с его места и позволил ему упасть сперва на столик, на котором должен был стоять пулеметчик, а потом и вовсе спихнул труп на зарезанного мной первого укропа.
Запрыгнул на столик. Не высовывая головы, осмотрел пулемет. Вроде все цело, видимых повреждений нет. Лента заправлена в приемник, крупнокалиберный пулемет готов к стрельбе.
Browning М2 – американский крупняк, который в строю практически уже сто лет. Сто лет! Жесть! Старичок в деле. М2 ставится на технику, на оборонительные позиции.
