В темном коридоре в жарком климате вынужденный мальчик бежит, его одежду покрывается потом. Летучие мыши летают над головой, одна даже целиком мазнула Тему крылом по щеке. Встревоженный подросток продолжает ползти вперед, не обращая внимания на пугающую атмосферу.
Заинтересовала, — стремясь во что бы то ни стало спасти положение, медленно начал Тема.
— Ты никогда такими людьми раньше не интересовался, — покачала головой Надежда Васильевна. — И вообще ты какой-то неоткровенный стал.
— Неправда! — сообразил, наконец, что сказать, сын. — Я очень как раз откровенный Просто это секрет Марии Александровны.
— Вашей подшефной старушки? — блеснули глаза у Надежды Васильевны. — Какие же у нее секреты?
— Она пишет книгу о жизни! — торжественно произнес Тема. — Там будут описаны разные крупные люди прошлого, с которыми Мария Александровна раньше встречалась.
Тема покосился на мать. Его слова явно произвели на нее впечатление.
— Ну, и при чем тут Эмилия Карловна? — поторопила она сына. — Неужели они с ней
как-то связаны?
— Именно! — был очень доволен подсказке сын. — То есть, я вообще не совсем еще в этом уверен. Мне надо сначала проверить. То ли связана, то ли не связана.
— Нельзя ли яснее? — исходила от нетерпения мама. — Как можно настолько невразумительно выражать свои мысли! То ваша старушка связана с Эмилией Карловной, то ты не уверен…
— Связана, — Темыч теперь уже совершенно отчетливо чувствовал, что держит мать на крючке.
— Та-ак, — с трагическим видом вздохнула Надежда Васильевна. — Ты, интересно, когда-нибудь съедешь с этого своего идиотского «не уверен»?
— Сперва позвонить Натульчику надо, а потом съеду, — заупрямился сын.
— Нет уж. Сперва ты мне скажешь, в чем дело, — настаивала Надежда Васильевна.
— Ладно. Скажу, — согласился он. — Мария Александровна говорит, что знала одну Эмилию Карловну, и эта Эмилия Карловна была женой знаменитого дипломата. Но какого именно дипломата, она не помнит. Но она думает, что ее Эмилия Карловна умерла. Вот мы с ребятами и подумали. Надо сначала выяснить у Эмилии Карловны, знала ли она Марию Александровну, и если знала, устроить обеим старушкам встречу. Но сначала надо узнать, та ли это самая Эмилия Карловна.
— Постой-ка, — схватилась за голову Надежда Васильевна. — Я что-то совсем запуталась. Все-таки вы в этом возрасте абсолютно не умеете выражать свои мысли. Прошу тебя: еще раз и помедленней.
Темыч, который все выше сказанное сочинял на ходу, успел, пока мать говорила, сформулировать гораздо короче и лучше.
