Женька провел в гостиной Олега уже два часа, но сон коварной тьмы все никак не шёл. Каждый звук в доме становился для него ужасом ночи: капли стекла на крыше, проползающая кошка и глухой щелчок приоткрывшейся дверью. Все это вместе с подозрительной пустотой — словно кто-то прячет что-то от него....
— Не подумаю даже, — к большому облегчению Олега возразил предок. — Они тут останутся, чтобы вы случайно не ушли на свою биржу.
Александр досадливо крякнул, но возражать не решился.
— Как папа вернется, сразу вперед, — шепнул Олег на ухо Женьке. — Они с этой панелью долго будут возиться.
— А чего ждать-то, — махнул рукой старый друг. — Какая у вас, Александр, квартира большая! — вдруг выкрикнул он. — Интересно, такая, как у Олега, или тут все по-другому?
Он было рванулся на кухню, но трюк не прошел. Дальний родственник со стороны жены Македонского тут же возник на его пути.
— Там ничего протекать не может, — жестко изрек он.
— Нет, может, — нашелся Женька. — Там батареи есть.
Он попытался ловким маневром обогнуть Александра, но тот, проявив неожиданную сноровку, вновь отрезал ему дорогу.
— Отопление еще выключено, — сказал он.
— В нашем районе иногда в это время как раз пробную топку устраивают, — решил Олег помочь Женьке.
— Никакой пробной топки, — вновь заартачился дальний родственник. — Во всей Москве ее раньше октября не бывает.
«И чего он так опасается? — с большим подозрением изучал тщедушного человечка Олег. — Подумаешь. Пришли посмотреть пустую квартиру».
Женька тем временем пытался по-прежнему одержать победу над Александром в позиционной войне. Тот трепетной ланью лавировал по передней, усиленно перекрывая доступ в комнату над гостиной Беляевых. Глядя со стороны, можно было подумать, будто любящий папа увлеченно играет с сыном в кошки-мышки.
— На вашем месте я лучше бы чем-нибудь серьезным занялся, — вошел в квартиру Беляев-старший с набором отверток в руках.
— Да вот, ваши дети, — начал жаловаться дальний родственник со стороны жены Македонского, — затеяли в чужой квартире возню.
— Пойдемте с водопроводом выясним, — поморщился Борис Олегович. Этот суетливый тип все сильней раздражал его. — И вообще, — уже двинулся он с отвертками к туалету. — Пусть дети подвигаются. Им от каникул всего ничего осталось.
Александр посмотрел на Бориса Олеговича, словно кролик на удава, и скрылся следом за ним в туалете.
— Такого отца, как мой, поискать, — с восхищением прошептал Олег.
Не дожидаясь, пока мужчины вновь покажутся в передней, мальчики вбежали в большую комнату. Лица их разочарованно вытянулись. Комната была абсолютно пустой. Они даже заглянули за плотную мешковину, которая вместо занавесок закрывала окна. Ничего подозрительного. Балконная дверь и оконные рамы тщательно заперты на все шпингалеты.
