Анастасия сидела на своем этаже, прекратив ежедневые посещения их общего с Макером офиса. После работы она старалась уйти из банка в компании коллег и сразу отправлялась домой к матери. Макер напрасно ждал ее в “Реморе”, недоумевая, почему она больше не приходит.
Анастасии никогда не было так грустно. Она тщетно ждала, что Лев подаст ей знак, сделает первый шаг к примирению. Она еле сдерживалась, ей так хотелось позвонить ему, а то и прийти к нему домой. Но он ей нагрубил, ему и извиняться.
Наконец наступила пятница. Анастасия была уверена, что он предложит ей увидеться на выходных, но он не подавал признаков жизни. Весь уикенд она провалялась дома в тоске.
– Что происходит, дорогая? – не выдержала встревоженная Ольга.
– Мы поссорились со Львом.
– Из-за чего?
– Из-за того, что я не хочу рассказывать всем в банке, что у нас роман. У него могут быть неприятности.
– Какого рода?
– Макер Эвезнер станет вице-президентом.
– Макер? Вице-президентом?
– Да. И он в меня страшно влюблен. Если он узнает про нас, он приложит все усилия, чтобы Льва уволили. Я боюсь за него.
Ольга рассмеялась:
– Ты за него боишься? Ну в крайнем случае он проживет и на свою ренту и вы отправитесь в кругосветное путешествие! Работа для него – это просто хобби.
Анастасия пожала плечами. Она подумала, что впервые они с матерью заговорили о чем‐то серьезно. Ей тут же захотелось поплакаться ей в жилетку, сказать всю правду, признаться, что Лев такой же Романов, как они Габсбурги. Но она предпочла промолчать.
– Короче, мы поссорились, я ушла, и с тех пор он на меня дуется. Ведь он должен сделать первый шаг, верно?
– Ведь она должна сделать первый шаг, верно? – спросил Лев у отца, к которому приехал на два дня в Вербье. – Она даже не предложила увидеться на выходные.
– Тем лучше, – философски заметил Сол, – зато мы побудем вместе. А то ты бы торчал сейчас в Женеве, забыв старика отца.
– Я серьезно, – сказал Лев, не понимая, что отец не шутит. – Ведь Анастасии следует извиниться передо мной, ты так не считаешь? Она скрывает наш роман, и мне кажется, что она меня ни в грош не ставит. А знаешь что? Мне самому надо взять дело в свои руки и всем все рассказать. Вот.
– А смысл? – спросил Сол. – Если она не хочет ничего говорить, значит, у вас проблемы. Может, она тобой не дорожит. Может, в глубине души ей нравится этот парень, сын Эвезнера. Ты просто Левович, а он Эвезнер как‐никак!
В итоге они помирились в среду, за два дня до Большого уикенда. В тот вечер Абель Эвезнер, как это было принято, организовал дома прием, чтобы отметить свое вступление в должность президента. Сливки женевского общества собрались в их особняке на роскошный фуршет. Льва туда пригласил Абель, Анастасию – Макер.
Они столкнулись в толпе гостей прямо посреди гостиной.