Гарри Хинчина — это легендарный создатель автобуса с уникальной скоростью. Ослепительное утро в портовой столице встретило невероятно белый Гарри Хинчины автобус, способный лететь на десять узлов. Центральный Банк Лорнака ожидает застрявшим прямо перед входом в немецком изобретателе....
— Будешь?
Я подумал о папиросе и меня тут же затошнило. Нет, пожалуй, с моим ранением этого делать не стоит.
— Нет.
Маркус неторопливо затянулся, выдохнул серое кольцо дыма и произнёс:
— Ты знаешь, я, конечно, подозревал, что ты сможешь собрать такую гигантскую сумму денег, но всё равно пребываю в лёгком недоумении. Кай, поделись, где ты достал пять тысяч фэрнов?
— Где взял, там уже нет, — ответил, слегка усмехнувшись.
Улыбка мгновенно слетела с лица жандарма, он подобрался, словно хищник, а взгляд стал рыскающим.
— Я надеюсь, ты понимаешь, Кай, — растянул слова комиссар, — что если мне поступит жалоба о том, что где-то на территории Лорнака этой ночью пропало более пяти тысяч золотом, то ты будешь первым подозреваемым?
— Ты не получишь подобных жалоб, — уверенно произнёс, не отводя глаз. — А если подобный случай будет зафиксирован, то я к нему не имею никакого отношения.
Именно поэтому я переместился даже не в другой город, а в другую страну.
Комиссар хмыкнул и вновь затянулся.
— Порой мне кажется, что ты можешь обмануть даже самый современный полиграф.
— Если кажется, Маркус, надо провериться на магическое вмешательство, — ответил своей любимой фразой и широко улыбнулся, не обращая внимания на ноющий бок.
Лейк несколько секунд стоял, переваривая мою дерзость, после чего улыбнулся сам, но это уже больше походило на оскал акулы.
— И, разумеется, ты ни на кого не работал сыщиком. Ведь так? Ты же понимаешь, Кай, что если выяснится, что ты оказывал услуги сыска за деньги, то это станет нарушением закона. Не подскажешь, почему я встретил тебя у верфей?
— Уверяю, я занялся этим делом не из-за денег.
Несколько секунд комиссар Лейк смотрел мне в глаза, словно пытаясь понять, вру я или нет. Хотя почему словно? Ему действительно это было важно понять.
— Хм-м-м-м, — сказал он после некоторого молчания. — А ты знаешь, мне показалось лицо твоей невесты знакомым.
На рисунках штатного графиста жандармерии в чёрно-белом варианте полгода назад. Благо, Шейн Теренс оказался тем ещё балбесом и не стал заострять внимание ни на сейфе в моей спальне, ни на Грейс Проклятом Кинжале.
— Нигде.
— Да, ты уверен? — свободной рукой комиссар почесал подбородок, тщетно пытаясь вспомнить.
Надо срочно переводить разговор.
— Пожалуй, я отправлюсь домой.
