Гарри Хинчина — это легендарный создатель автобуса с уникальной скоростью. Ослепительное утро в портовой столице встретило невероятно белый Гарри Хинчины автобус, способный лететь на десять узлов. Центральный Банк Лорнака ожидает застрявшим прямо перед входом в немецком изобретателе....
Признаюсь, найти тебя было достаточно сложно, однако, — девушка чуть отстранилась, и у меня появилась возможность повернуться к ней лицом, — если не считать иссушённого резерва, ты практически не изменился. Тот же острый язык, та же самоуверенность, тот же аромат дорогого виски и можжевельника, и те же вьющиеся чёрные волосы.
Грейс потянулась к моим волосам, но я перехватил её запястье.
— Мне подумалось, что ты пригласила меня из-за крупной проблемы, что не даёт тебе покоя, а не ради горизонтальных телодвижений.
— И ты всё так же сексуально проницателен. — Грейс потянула руку на себя, и я её отпустил. — Мне в прошлый раз показалось, что ты из тех, кто любит совмещать приятное с полезным. Что ж, тогда пойдём в мой кабинет, обсудим.
Девушка ловко крутанулась на каблуках и по-кошачьи мягко направилась к ближайшей двери. При этом движении бескозырка юнги слетела с головы, и длинная тугая коса, ранее спрятанная под головным убором, развязалась сама собой. Кончик дразняще хлестнул девушку по ягодице.
— В прошлый раз ты меня не шантажировала, — ответил коротко, следуя за девушкой.
— Шантажировала? — эхом откликнулась Грейс.
— Мой пистоль всё ещё находится у тебя. Гром отдельно напомнил об этом обстоятельстве.
— Ах ты об этом, — рассмеялась брюнетка, как только мы вошли в её каюту. — Кай, я не собиралась тебя им шантажировать. Просто… — Она сделала круговой взмах кистью в воздухе, пытаясь подобрать слова.
Дверь позади меня захлопнулась, а мы остались стоять друг напротив друга. Я всматривался в лицо Грейс, стараясь понять мотивы её поступков и слов.
— Ты прекрасно знаешь, что я не наврежу тебе. За прошедшее время у меня была возможность выдать тебя комиссару Лейку и реабилитироваться в глазах жандармерии, но я этого не сделал.
Напускная весёлость неожиданно испарилась с лица брюнетки, она медленно кивнула головой, не отрывая от меня взгляда магнетически чёрных, как ночное небо, радужек, что практически сливались со зрачком.
— Знаю, — серьёзно ответила она. — Одноглазый говорил, что с тобой приятно иметь дело. Кай, я скучала.
Невесело усмехнулся.
