Гарри Хинчина — это легендарный создатель автобуса с уникальной скоростью. Ослепительное утро в портовой столице встретило невероятно белый Гарри Хинчины автобус, способный лететь на десять узлов. Центральный Банк Лорнака ожидает застрявшим прямо перед входом в немецком изобретателе....
— Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу в последний раз. Это не совсем твой профиль, но, к сожалению, у меня нет на примете никого лучше. Один мой близкий знакомый… хм-м-м… сильно пострадал от вчерашних боёв без правил и физически не может сегодня вечером прийти на сделку. Ты должен надеть вот этот амулет иллюзии, — мужчина положил на стол небольшую пуговицу, — и явиться на закате в пятый пакгауз со стороны железных ворот и передать человеку, назвавшемуся Мухомором, этот саквояж.
— Саквояж?
Я хмуро рассмотрел небольшой кожаный портфель с потёртыми ручками и странной нашивкой в виде кленового листа.
— Да, тут травки и водоросли, ничего серьёзного, — произнёс Оскар совершенно беззаботным голосом.
Понятно. Содержимого хватит лет на пять тюремного заключения, если не больше.
— От тебя требуется лишь передать саквояж. Всё. После этого можешь считать себя свободным человеком. Обещаю, что никто не будет с тебя взыскивать долги и принуждать силой явиться перед моими очами. Мы будем в полном расчёте.
"— А почему вы не попросите отнести саквояж любого другого человека? — Соглашаться не хотелось, нутром чуял, что ни к чему хорошему это не приведёт. — Ведь у вас есть амулет иллюзии, настроенный на внешность того, кто должен был это сделать.
— Есть, — кивнул Одноглазый, — но я мало кому не доверяю, а ты со мной уже три года и до недавнего времени не обманывал. Красть точно не станешь, вор из тебя никудышный. Выкидывать… надеюсь, ты не такой идиот и понимаешь, что если саквояж попадёт в руки жандармов, то они очень сильно заинтересуются его содержимым, а также аурой того мага, кто его держал последним.
Я хмуро кивнул, глядя на кленовый лист на потёртой коже. Мне совершенно, категорически, до зубного скрежета не хотелось не то что нести этот саквояж в пятый пакгауз, а даже притрагиваться к лакированной ручке из красного дерева.
— Кай, больше радости на лице, ну что ты, в самом деле? — Оскар достал небольшой кинжал из сапога и принялся им чистить ногти, раскачиваясь на двух ножках стула.
