Кстати сказать, подобные находки случались и много позже, во время Второй мировой войны. Выли случаи, когда солдаты, прибывающие на подкрепление войск генерала Родимцева, при строительстве землянок на крутом правом берегу Волги натыкались на подземные сооружения, набитые старинными сундуками, ворохами полуистлевшей одежды, и даже на склады старинного оружия. Заниматься всяким старьем им было некогда, и все найденное обычно так и оставалось на месте. Бои были столь кровавы, что всего за день от новоприбывшего полка в строю не оставалось и роты. Вполне возможно, что часть кладов Разина так и лежит в тех местах, где в 1942 г. шли бои за Сталинград.
Но, разумеется, найдена была только часть разинского наследства. В 1904 г. один отставной офицер случайно обнаружил подлинную кладовую запись, сделанную на клад, спрятанный Разиным у приметного утеса, ныне носящего его имя. Он произвел раскопки и отыскал подземный проход, укрепленный дубовыми подпорками, что свидетельствовало о предусмотрительности его создателей. Но тут началась Русско-японская война, и офицера призвали в армию. С войны он не вернулся.
В 1910 г. появился новый претендент на этот клад. На этот раз это был 62-летний есаул из войска Донского. Скорее всего, к нему в руки попала та самая кладовая запись, взятая кем-то у убитого в Манчжурии офицера. Как проходили дальнейшие поиски и каковы были их результаты, доподлинно неизвестно, но шумихи в прессе было много.
Кстати, кроме утеса Разина есть и курган его имени. Мало того, есть и пещера Разина, выложенная татарским кирпичом, в одноименном овраге, начинающемся около речки Увековки. В 60-х гг. позапрошлого века ее посещал В. Крестовский.
Разыскивали клады Разина и в Лукояновском уезде Нижегородской губернии. Поиски в основном велись вдоль реки Алатырь. Были собраны материалы о некоем мощном подземелье, вход в который был из оврага, начинавшегося за околицей села Печи. Оно было обнаружено тогда, когда в вентиляционное отверстие провалилась лошадь. Не целиком, разумеется, только задними ногами, но это привлекло внимание местных жителей. Двое смогли спуститься по веревке вниз, но кроме сбивчивых рассказов о мрачном подземелье и деревянных дверях, преграждающих дальнейший путь, ничего путного о них добиться не удалось.
Конечно, рассказ этих двоих смельчаков вызывает большие сомнения, ведь спуститься им пришлось на немаленькую глубину — 20 м.
