По горизонту воздух грозил раскалиться до неприемлемых температур, и Артём боялся не успеть найти укрытие перед первыми лучами солнца. В посёлках Песчаного Пояса поджаривание считалось казнью — но ведь она проходила за несколько часов. А в этой ночи жертвой могла стать каждая душа, оставшаяся вне защиты....
Подошёл к рюкзаку, приподнял, оценил… Удивлённо раскрыл рот, опустив уголки губ, и молча вернул рюкзак на место. А я прямо вот даже обиделся слегка… Не, ну в самом деле, мне бы кто-нибудь сказал, сколько надо. А то дали рюкзак и сказали: мол, иди ищи подснежники в феврале… Соль, в смысле. На незнакомой планете. И я ведь нашёл!..
— Ладно… Проехали, — неожиданно смилостивилась Кострома. — Просто если это нормальная соль, то я её здесь не оставлю! Делайте что хотите, но до капсул мы её допрём. А пока можете сделать рожи попроще?
Надо сказать, что пока она говорила, рожи у меня и у Дуная действительно вытянулись.
«Я был рождён бороздить космические просторы в уютном кресле капитана! Ну или, в крайнем случае, первого помощника! Я вам не робот-грузчик!».
Но даже сказанное в шутку ещё долго может аукаться.
Впрочем, часть соли сразу пошла в дело, добавив веса шкуре и мясу. А часть мяса сожрали наши питомцы, причём с огромным удовольствием. И теперь они напоминали не гордых хищников, а бочонки на ножках. И, похоже, в ближайшее время были неспособны к движению.
А мы оценивали объём добычи и тихо ужасались…
Шкура. Никак не меньше ста килограммов. А может, и больше: весов-то у нас не было.
Кости. Ещё килограммов тридцать-сорок. Во всяком случае, тех, которые не забраковали.
— Зачем нам, кстати, кости? — спросил я, почесав затылок.
— Затем, что из них можно сделать много полезного! — ответила Кострома. — Или ты предлагаешь вилки-ложки покупать на Алтаре Вознаграждения?
И мясо, само собой… Много мяса. Килограммов сто пятьдесят. Это то, которое питомцам не отдали.
А ещё были жилы. И субпродукты (это добро уже я не хотел бросать).
В общем, явно многовато. Даже если разделить вес на трёх охотников и трёх зверей.
Особенно если учесть, что наши питомцы это тащить не будут. Вот уверен, что предложу им что-то подобное — и шрамированный пришлёт мне картинку, как он вылизывает свои яйца и то, что рядом. И ещё будет при этом ехидно высовывать язык и скалить зубы.
В общем, пошлют меня.
— Вано, может, ну их субпродукты?.. — кисло спросила Кострома.
В её душе явно сражались жаба с ленью. И последняя, кажется, готова была победить.
