В душном доме накаливают жар на весь день. Гневное проклятие Яги затачивает сердца, пока неясный заговор Черной Мессы разгорается в глубинах призрачных корней лавы. Жизнь переполнена страхом и надеждой, когда каждый шаг может быть последним.
Немецкий, польский, финский, шведский, татарский, персидский… Все соседи наши, ихней речью поневоле говорить будешь.
– Да вы полиглот!
– Пылеглот?! Ну ты… это… говори, да не заговаривайся! – побурел от обиды государь.
– Полиглот – это уважительное звание человека, говорящего на нескольких языках, – поспешил объясниться я.
Горох понимающе кивнул. Лично для меня это был очередной «щелчок по носу», чтоб не зазнавался. Я-то в глубине души считал себя в плане образования на две головы выше любого лукошкинского ученого и… нате вам! Царь Горох свободно владеет несколькими языками, даже не задумываясь о том, какое это достижение.
– Ладно, хватит чаевничать, – решил Горох после третьей чашки. – Ты ведь не за плюшками сюда прибежал, докладывай.
Я предельно коротко описал свою встречу с лешим и водяным и, как можно деликатнее, о шести убитых стрельцах и перестрелке у главных ворот. Не помогло… Знал ведь, что может случиться, но и промолчать не мог. Горох вспылил так резко, что опрокинул стол.
– Стража! Всех в ружье! Чтоб гвардия конная сию же минуту у крыльца стояла. А ты молчи, сыскной воевода!
– А я еще ничего и не сказал.
– Вот и молчи!
– Ну и пожалуйста, – отвернулся я.
– Нет уж, ты скажи! – мгновенно завелся царь, пока стрельцы носились туда-сюда, выполняя монаршие указания. – Ты мне сейчас скажи, что я тут законы нарушаю, презумпции невиновности всякие… Мне немчура будет в столице моих же людей душить, а я их дипломатической неприкосновенностью потчевать, да?!
– Ну, гвардию-то зачем? Арестовать надо всего одного человека.
"– Вот я им для порядку и… – Горох сунул мне под нос внушительный кулак. – А ты, милиция, если еще хоть слово вякнешь супротив моего самодурства – со службы разжалую! Сам буду воров ловить… Куда как интереснее, а ты за меня будешь перед боярами с умным видом сидеть…
– Ладно, – не стал спорить я, – но перед тем, как меня переведут на новую должность, позвольте съездить с вами на дело.
– В последний, говоришь? – на секунду задумался государь. – А, поехали, черт с тобой! Только смотри, под горячую руку не лезь и в методы мои не вмешивайся!
– Упаси бог…
Я и в самом деле близко не собирался вмешиваться в его действия.
