В душном доме накаливают жар на весь день. Гневное проклятие Яги затачивает сердца, пока неясный заговор Черной Мессы разгорается в глубинах призрачных корней лавы. Жизнь переполнена страхом и надеждой, когда каждый шаг может быть последним.
– Попытка к бегству?
– Да куда ж им, сердешным? Стрельцы-то от всей души постарались – на каждом столько узлов, сколько на жабе бородавок.
– Угрозы, подкуп, шантаж?
– Глазами страшно зыркают, – подумав, решил Митяй. – Денег не предлагали… а у них есть?
– Не знаю, спроси…
– Зачем? – подозрительно отодвинулся он. – Мы в милиции на жалованье состоим, нам лишнего не надо… Уж мы и в лапотках походим, а честь свою мундирную от взяток охраним!
– Правильно. А теперь послушай меня. Дежурство сдашь через полчаса, заглянешь к Яге, она с тобой по-свойски потолковать хотела.
– Как это? – застенчиво переспросил двухметровый герой.
– В смысле, обходишься очень дорого. Я из-за твоих выкрутасов скоро совсем седой стану, да и бабка не железная. Пожалей нас, а?
Митька горько вздохнул и побожился, что впредь…
Проведя таким образом серьезную профилактическую беседу с личным составом, я преспокойненько вернулся в дом.
– Да не съела я его, не съела. Что ж вы меня, совсем за ведьму держите? Трудится он… У мужиков все беды от безделья. Как только заняться нечем, так дурь из башки и прет! Заняла я его общественно полезным трудом на благо отделения…"
"– Каким?
– По специальности, – пояснила бабка и, открыв мне дверь в свою комнатку, продемонстрировала такую картину… исправительная колония в миниатюре!
На небольшом угловом столе лежали плисовые Митькины штаны, а бледный Шмулинсон, держа иглу двумя руками, старательно латал в них дырки.
– Супруге его я весточку отправлю, дескать, муж на заработках в отделении батрачит. И даже уплачу по совести, как за художественную штопку, – невозмутимо развернулась Яга.
Я вышел следом, дверь шмулинсоновской темницы захлопнулась. Яга взялась ставить самовар, вроде бы все были при деле, можно без суеты выпить чашечку.
– Ты уж не серчай, Никитушка, что я тут посвоевольничала. Достал он меня, злодей, аж до печенок.
– Все в порядке. Надеюсь, обойдемся без международного скандала…
– Да и пусть поскандалят немного, брань на вороту не виснет, а от нас не убудет. Давай-ка вот ватрушечку…
– Спасибо.
