Четыре подруги становятся жертвами серии странных несчастий: одна умирает от отравления грибами, другая гибнет в пожаре, третья едва выживает в автокатастрофе, четвёртую преследует маньяк. Кто стоит за этой чередой трагедий и что связывает их жизни? Детективный триллер о мести, тайнах...
– А кто ж ее знает… Боялась, наверное… Что ее осуждать будут… Ведь она же Настьку теми грибами накормила…
– А с Фомичом ты на похоронах говорил? А то я что-то не успела… Как он?
– Да нет, не говорил… Как-то, знаешь, на кладбище не до разговоров… А поминок вроде не было…
– А почему Никитки на похоронах не было? – невзначай задала Екатерина Сергеевна свой главный вопрос.
– Никитки? Этого психа? Чего это ты им заинтересовалась?
– Да так… Может, – дай бог ему, конечно, здоровья, – с ним тоже случилось что… Жалко… Все-таки беззлобный был парень… Вроде дурачка деревенского…
– Не знаю, не знаю, мать, где он, что с ним… На аэродроме его давно не было.
– Позвонил бы ему.
– С какой стати!.. Да у меня и телефона его нет…
– Ладно… – протянула Катя, соображая, как ей все-таки теперь отыскать телефон Никиты. – Ну, а как там Мэри? – продолжила она задавать свои значимые вопросы. – У нее что нового?
– Так вы ж с ней виделись, – удивился Гоша, – тогда, на даче у Вальки-то!.. Когда Настька погибла…
– Виделись-то мы виделись, – проворчала Катя, – а поговорить не успели… Знаешь, было как-то тогда не до разговоров…
– А что – Машка? – пробормотал Гоша. – Машка как Машка…
– Как она, пьет?
– Да не знаю… – уклончиво сказал Гоша: видно было, что он колеблется: ему есть что порассказать о Мэри, но он сомневается, говорить или нет.
«Давай, давай, Гошенька, – мысленно поторопила его Катя. – Выкладывай!»
И Гоша решился:
– Приезжала тут Машка ко мне… Довольно давно, в общем, это было – еще до кризиса… Значит, в девяносто восьмом, летом… Трезвая была, веселая… Но все равно какую-то пургу несла: мол, скоро я разбогатею, денег у меня, мол, будет немерено… Аэродром тогда свой куплю… Будем, говорит, сами им с тобой заправлять – с американцев бабки драть ломовые… Заняла у меня триста долларов…
– Ого, – усмехнулась Катя, – аэродром собралась покупать, а сама три сотни гринов сшибает…
– Да в том-то и дело!.. – досадливо воскликнул Гоша.
– Ну, и как она – разбогатела?
– Похоже, что нет, – хохотнул Гоша.
– А деньги тебе хоть вернула?
– Да вернула… Через три месяца… В рублях по курсу…
– С чего это она разбогатеть-то вздумала? – спросила Катя. – Банк собиралась грабить?"
"Чайник давно вскипел, и она, зажимая трубку плечом, засыпала в своей персональный маленький заварочный чайничек цветочный чай. Залила горячей водой.
– Уж и не знаю, с чего, – усмехнулся в телефоне Гоша. – Ничего она не сказала. Смеялась только: вы, мол, все ахнете.
– «Вы» – это кто?
– Не знаю.
