Если прошлое наводнено «попаданцами», переписывающими историю, то у времени должны быть свои защитники. Герой попадает в 1941 год и вынужден пройти испытания фронтового ада, борясь за выживание и пытаясь помешать тем, кто хочет изменить ход великой войны.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Заградотряд времени» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Если прошлое наводнено «попаданцами», переписывающими историю, то у времени должны быть свои защитники. Герой попадает в 1941 год и вынужден пройти испытания фронтового ада, борясь за выживание и пытаясь помешать тем, кто хочет изменить ход великой войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Если прошлое наводнено «попаданцами», переписывающими историю, то у времени должны быть свои защитники. Герой попадает в 1941 год и вынужден пройти испытания фронтового ада, борясь за выживание и пытаясь помешать тем, кто хочет изменить ход великой войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Меня слегка повело, и я затянул фронтовую песню, слышанную в фильме «На войне как на войне» и потом иногда исполнявшуюся нами в училище:
Моторы пламенем пылают,И башню лижут языки…Когда я дошел до слов
В углу заплачет мать-старушка,Слезу рукой смахнет отец,И дорогая не узнает,Какой танкиста был конец…Алексей всхлипнул:
— Задушевная песня, не слышал раньше такой.
Подошел и комбриг:
— Чего поем?
За всех ответил Петр:
— Да вот друзей погибших помянули, по сто грамм фронтовых приняли.
Комбриг выразительно посмотрел на две пустые бутылки.
— Хватит пить. Песню я услышал о танкистах — новое что-то. Кто пел?
— Командир наш.
— Спой еще раз, Колесников. За душу взяла твоя песня.
И я исполнил песню, что называется, на «бис».
— Замечательная песня. Слова мне потом запишешь.
Комбриг поднялся и ушел.
Привезли снаряды и патроны. Мы набрали даже сверх боекомплекта, приторочив два ящика бронебойных снарядов на корме. Даже если в них пуля попадет или осколок, они не взорвутся. Чему там рваться? Снаряд — болванка из стали.
На небе высыпали крупные яркие звезды. Где-то высоко-высоко послышался гул множества невидимых самолетов.
— Немцы, Москву небось полетели бомбить, — вздохнул Алексей.
Незаметно завязался разговор.
У Алексея в Костроме была семья — жена и двое детей. Петр тоже успел обзавестись женой и имел сына — Михаила. Когда я это услышал, меня словно обухом по голове ударило. Отец у меня — Михаил Петрович, а я, естественно, Сергей Михайлович. Слишком много совпадений — похоже, мы не просто однофамильцы. С замиранием сердца я спросил Петра:
— Ну а жену-то как звать?
— Имечко самое простое — Лукерья, проще — Луша.
Все, все сомнения отпали — так звали мою бабушку.
Какое-то время я был настолько оглушен, что перестал слышать разговор. Выходит, Петр — это мой дед, который не вернулся с войны и могилу которого я разыскивал на Смоленщине? А я его в бою ногами в плечи толкаю, приказы отдаю?! Голова кругом идет, никак не укладывается в ней, что рядом со мной, здесь и сейчас, сидит мой дед — живой, из плоти и крови, и его даже пощупать можно!
Осипшим от волнения голосом я спросил:
— Петр, а тебе сколько лет?
— Двадцать восемь — я с тринадцатого года.
— А мне двадцать девять, — выдавил я из себя.
Выходит, дед даже моложе меня.
— Староваты вы оба, — хохотнул Алексей. — А мне только двадцать пять.
— Зато у тебя двое детей, — огрызнулся я.
— Так это же хорошо. Случится — убьют на войне, сыновья род продолжат.
— А ты — семейный, командир?
— Нет, ни женой, ни детьми не обзавелся.
Надо признаться, в этот момент я и в самом деле пожалел, что не успел жениться и завести ребенка.
— Вот что, — поднялся Петр, — спать пора, неизвестно еще, как завтра день повернется.
