Багирра, ты можешь жить здесь столько, сколько захочешь. Ты много для нас сделала, мы многим обязаны тебе. К тому же мы привязались к тебе. Ты стала членом нашей семьи. Двери этого дома всегда открыты для тебя, и мы будем тебе всегда рады. – Его голос звучал холодно, будто говорило одно тело, а душа желала умереть, вырваться и отправиться за своей возлюбленной, но в это, же время в нем прослеживалась теплота. Карлвайл действительно искренне привязался к Багирре и не хотел её отпускать.
- К сожалению, я сделала для вас не все, что могла и должна была сделать. – Багирра виновато опустила глаза. Её голос дрожал, выдавая её чувства. – Но, тем не менее, я останусь. Я останусь до тех пор, пока буду вам нужна, пока буду чувствовать эту нвжду. – Она подняла свои зелёные искрящиеся глаза и одарила меня тёплой, еле заметной улыбкой."
"На душе сразу же стало тепло. Багирра остаётся – это сейчас главное.
Мне почему-то казалось, что Багирра является ключем к нашему счастью. И потерять её, значит потерять дорогу к счастливой жизни. Это ощущение преследовало меня постоянно. Багирра лечила и мою душу. Мне казалось, что она сделает нашу жизнь счастливее. Наполнит её добром и радостью, в которых мы сейчас так нуждались. Я не знала как она это сделает, но свято в это верила. Возможно, я ошибалась.
Возможно, это была лишь попытка найти смысл жить дальше. Возможно, Багирра являлась всего лишь лучиком надежды. Но я искренне в неё верила. Она была сильной. Её силы должно хватить на нас всех. Она поможет нам справиться с горем. А может… ещё не все потерянно. У меня из головы не выходил тот лучик надежды, что сиял у Багирры в глазах через сутки после её пробуждения на том острове. Я видела у её глазах надежду на спасение Эсме.
Но если это действительно было так, почему Багирра молчит, почему она дала похоронить тело Эсме? У меня были сотни вопросов. Я знала – всё покажет время. Нужно только подождать.
Мы с Эдвардом вышли из кабинета и плотно прикрыли за собой дверь, кук бы стараясь не дать улетучиться той ауре спокойствия. Затем мы спустились в гостиную. За стеклянной стеной занимался рассвет. Начинался новый день.