Гул снарядов гремел вдали, когда он шаркающим шагом поднимался по склону, как машина, пронзенное пулями. Кусты и камни лишь незначительно задерживали его стремительный бег, словно механический монстр, двигающийся без остановки к своей цели.
А потом, у нас вполне может появиться новое, потому что я уже веду переговоры с серьезным человеком, которому не могу отказать, поскольку этот человек когда-то спас меня… Это обязательно передайте…
– Жаль, Хамзат… Я рассчитывал встретиться с сыном раньше…
– Если я смогу с ним связаться, эмир… – ответил Хамзат, – тогда получится раньше. Но этого Гилани Гирмасолатовичу можете не говорить…
– Я буду ждать твоего звонка. Или звонка Таймасхана… Будь здоров, Хамзат. Да поможет тебе Аллах!
– Спасибо, эмир.
– Там… Но рассказывать по телефону я не буду… До встречи.
– До встречи, эмир…
* * *Подполковник Сумароков позвонил по городскому номеру, когда Андрей Вячеславович выходил из кабинета, чтобы доложить шифротелеграмму вернувшемуся полковнику Барсуку. Хотя устный доклад уже и состоялся, шифротелеграмма была адресована непосредственно командиру бригады, и, в соответствии с правилами, он должен был на ней расписаться.
– Андрей Вячеславович, вы хоть отоспались? – спросил Сумароков.
Начало разговора было многообещающим, потому что, когда разговор не несет значимой информации, ее, как правило, выдают сразу и без дипломатичных выкрутасов. А если собираются сообщить нечто более важное, то готовят почву.
– Я привычный. Могу пару суток обходиться без сна и оставаться со свежей головой. Если только много не выпью…
– Боюсь, не спать вам придется не меньше недели.
– Есть новости?
– Есть… Бежать сломя голову из города Хамзат с Таймасханом не собираются. Это первое и, наверное, пока самое главное. По крайней мере, они точно собираются еще неделю провести здесь. И надеются за это время завершить все свои дела. Сами себе такой срок поставили, хотя мне не дано знать, чем этот срок ограничивается. Вы понимаете, что значит для них завершить дела?
– Понимаю.
– Мы же знаем номер… Прослушали телефонные разговоры трубки Хамзата, – голос подполковника Сумарокова стал вдруг хитрым и даже слегка ехидным. – Сначала ваш любопытный разговор с Таймасханом.
