Гул снарядов гремел вдали, когда он шаркающим шагом поднимался по склону, как машина, пронзенное пулями. Кусты и камни лишь незначительно задерживали его стремительный бег, словно механический монстр, двигающийся без остановки к своей цели.
Кто ты вообще такой, чтобы я искал для тебя отговорки? Ты всегда был никем, никем и останешься…
Джамбулат умышленно обострял разговор, чтобы ощутить, насколько он нужен Гилани Гирмасолатовичу. Вернее, насколько нужны ему Таймасхан с Хамзатом.
Но хозяин дома тон почти доброжелательного разговора не сменил.
– Это твое мнение. У других людей имеется свое. Древняя мудрость – сколько людей, столько и мнений, и спорить здесь бесполезно. Я по-прежнему считаю, что ты умышленно не спросил мой номер. И потому вынужден был приказать захватить тебя.
Джамбулат плечами пожал. Ответить ему было нечем, да и не собирался он отвечать. Он весь этот разговор, все аргументы Гилани Гирмасолатовича уже заранее просчитал и сейчас только получил подтверждение в правильности своих выводов.
* * *После звонка подполковника Судоплатова прошел уже целый час. Впрочем, Хамзат на часы не смотрел. Он привык время отмерять своим внутренним чувством, и если ошибался, то не намного. Это была еще лесная привычка, где в темноте не всегда есть возможность зажечь огонь, чтобы глянуть на циферблат. И даже фонарик зарядить иногда возможности не бывает.
Лодка ходко бежала по реке и только сильно раскачивалась из-за боковой волны."
"Сам Анатолий сидел на корме и правил, хотя Хамзат не понимал, зачем здесь, на водной глади, следует править. Здесь и так плыть можно. Руль заклинить и плыть, и только на поворотах самой реки, которых немного и которые крутизной не отличаются, чуть-чуть подправлять направление. Но у Анатолия были свои принципы, и он руль из руки не выпускал.
С подполковником, когда тот позвонил, Хамзат говорил, перебравшись на нос лодки, подальше от мотора.
Хамзат набрал номер. Ответили быстро.
– Я слушаю, Хамзат. Ты уже созрел?
– Я не абрикос… Где Джамбулат?
– Я же тебе говорил, что он под домашним арестом.
– Под домашним арестом – значит, он в своем доме и можно ему туда звонить?
– Нет.
