Гул снарядов гремел вдали, когда он шаркающим шагом поднимался по склону, как машина, пронзенное пулями. Кусты и камни лишь незначительно задерживали его стремительный бег, словно механический монстр, двигающийся без остановки к своей цели.
А то нам недолго сдать билеты…
– Попутного ветра…
Гилани Гирмасолатович спросонья явно спутал воздушный перелет с морской прогулкой. Впрочем, он мог и не знать, что самолеты, если они вообще с ветром считаются, лучше летят как раз против ветра.
* * *Подполковник Судоплатов, что называется, одним ухом слушал разговор Хамзата с Гилани Гирмасолатовичем и, одновременно, наблюдал за двором последнего. Если бы не бинокль с тепловизором, увидеть вообще ничего не удалось бы. Второе ухо при этом прислушивалось к происходящему на улице.
"Но оттуда посторонних звуков не доносилось. Если бы они доносились, то, вернувшись в расположение бригады, подполковник начал бы «гонять» офицеров, занятых в операции. Они должны уметь работать без звука. И они так работали. О выстрелах речи вообще не шло, помимо огнестрельного оружия есть множество других способов уничтожения противника. Кто-то предпочитал боевой нож, кто-то малую саперную лопатку, кто-то кастет, кто-то метательные ножи, причем значительная часть этого оружия, вполне нормального в боевой экипировке, не считалась штатным вооружением спецназовца ни одной страны.
– «Казак», я – «Енисей». Сделали. Тела спрятали…
– Не высовываться под окна. Сами прячьтесь. Решетников! Где Хамзат с Таймасханом?
– Сближаются.
– Продолжайте следить…
* * *– Эмир, я не разбудил вас?
– Нет, Хамзат, мне не спится… Как у вас дела?
– Готовы к работе… Таймасхан в одной стороне гуляет, я в другой.
