Автор
В кромешной темноте под гнетом непрекращающей болью, девушка Беатрис вынуждена встать и бороться за жизнь. Мягкий ковер у неё на ногах, прикрывая раны, но онемевшая рука отчаянно сопротивляется её попыткам одеться и выйти из комнаты.
Мысли прервал новый выброс гормонов. Желание стало безумным. Беатрис едва могла глотать маслянистую скользкую жидкость. Редкостная гадость. И даже эта мерзость не отвлекала ее тела. Плечо мужчины под головой, его рука на бесстыдно голой коже, его дыхание, касающееся волос и шеи. Девушка чувствовала каждое сокращение мышц, удары сердца. Ее буквально накрывало.
Свадьба сорвалась, что-то произошло. С Антари она еще не спала, надо ли хранить ему верность?
«Я же еще не принадлежу ему», — подумала Беатрис.
Разрозненная память, как назло, вытащила из тьмы обрывок воспоминания, будто бы вокзальная гадалка карту из-за уха.
Полумрак комнаты, два тела на постели, ее собственные крики, которые нельзя назвать стонами. Его рука, фиксирующая позу. Горячие губы на теле и шепот: «Не отпускай».
И ответ: «Никогда».
Еще раз почувствовать его силу. Снова сделать то, на что она не решалась ни с кем другим. Произнести имя, умоляя, почти плача, на пределе чувств, терпения, на границе боли и удовольствия.
Эритар.
Сложности Беатрис
Беатрис зашипела, пытаясь разозлиться и перевести свои чувства в агрессию.
— Эритар, мне плохо, — прошептала она. — Мне надо в душ.
Он погладил ее по лицу:
— Давай я помогу тебе встать, — сказал он. — Я буду крепко держать, потому что мне кажется, что ты не сможешь идти сама.
После лекарства стало немного легче. Беатрис практически самостоятельно дошла до ванной комнаты.
— Я не знаю, как оставить тебя одну, — признался он, не убирая руки с ее талии.
Ноги девушки слабели, но не от яда, который покинул организм, а от его силы и близости. Она невозможно его желала.
— Мне надо в туалет, — призналась она, понимая, что слишком слаба, чтобы затем переместиться в ванну. — Выйди и зайди, когда я позову. Поможешь залезть в душ и не сломать ничего. И если тебе не сложно, то принеси мне халат. Ты любезно уничтожил платье, а в простыню ужасно неудобно кутаться.
Эритар кивнул и вышел прочь.
Звать его девушка не стала.
— Ты жива? — из-за двери спросил мужчина.
— Очень даже, давай халат.
Она могла попросить служанку. И сейчас сюда вошла бы девушка, которая не вызвала бы такой волны эмоций. Беатрис обернула полотенце вокруг тела. Эритар окинул ее взглядом.
— Я помогу, — предложил он.
«Надо. Позвать.
