Автор
В тени древнего замка скрываются ужасы колдовства и проклятья. Люди Льда – потомки жертвы заговора, но каждый из них обладает невероятной силой, заставляющей служить дьяволу. Единственное спасение – найти безопасное место, где тайны и проклятья не смогут омрачить их жизнь....
Безусловным фаворитом этого года была баллада о Линде-Лу. Кристе она тоже чем-то нравилась, несмотря на заунывную мелодию, похожую на дребезжащий минорный вальс.
Другое дело, что служанка была не из тех, кому вообще стоит петь. Если можно назвать пением ужасные завывания.
Хотя… может быть, эту балладу и надо петь именно так? И должна ее петь именно одна из тех, на кого она и рассчитана? Та, кому она действительно нравится?
Криста никогда не слышала песню целиком, только какие-то обрывки. Ей казалось, что баллада, как и большинство ей подобных, слишком длинна.
«На хуторе жил Линде-Лу не один,
С ним жили сестра и брат.
Умерли их родители —
Кто же в том виноват?»"
"Она вновь исчезла в хлеву, приветливо улыбнувшись Кристе.
Криста сидела и болтала ногами, ожидая когда придет управляющий.
И она не имела ни малейшего понятия о том, что сейчас произойдет.
Луна и здесь снова показала свой больной лик, она стояла как раз над окном – холодная и белая.
– Что тебе надо от меня сегодня вечером? – прошептала Криста. – Что ты скрываешь? Почему кажешься такой зловещей?
А в следующее мгновение она узнала правду.
Доярки перекликались там, внутри, пока молоко стекало в ведра.
– Дочка Монсена пришла. Ждет там, снаружи.
– Монсена, ну конечно! – фыркнул другой женский голос.
– А что, разве не так?
– Тогда я съем свою шляпу! Да нет, просто я служила здесь в приходе, когда ее мать разрешилась от бремени.
– О чем ты? Не говори так громко, девчонка может тебя услышать!
– Да ты что, через эту дверь ничего не слышно. Нет, такой жалкий слабак, как этот религиозный Монсен, просто не мог произвести на свет такую красивую девчушку! Нет, для этого нужно быть поэнергичнее!
А они там, в Линде-аллее способны на большее, а не только на это «Отче наш», вот что я тебе доложу!
– Но я слышала, что ее мать была очень красива?
– Ну да, я видела ее, но не такая красивая, как ее ребеночек!
– А кто же тогда отец?
Скрип табуреток, на которых сидели доярки.
