В мире где никому нечего делать, нет ни друзей, ни врагов, только пустота и тишина – такова жизнь без проникающей боли и шока. Каждый день как будто бы замедленный, скучный и незначительный. Но когда ты умираешь во сне, мир меняется: страх и одиночество рушат здравые моральные нормы....
Вот, мол, можем себе позволить. Хотя я бы на такой пост взял пулемет и пару «калашей» – на фига нужно бесшумное оружие, когда задача валить всех, кто попытается проникнуть на охраняемую территорию?
Впрочем, нам те понты «монументовцев» только в плюс сыграли. Тот «Вал», что, в отличие от хозяина, грохнулся со стрелы на асфальт, развалился на три части – автомат в одну сторону, расколовшаяся от удара рукоятка – в другую. Зато два оставшихся «Вала» были вполне исправными. Их мы и приватизировали, аккуратно сложив вещмешки и «калаши» возле гусениц крана.
После сбора боеприпасов с трупов у нас получилось на каждого аж по шесть полных магазинов на двадцать патронов каждый. Вполне хватит на хороший бой.
– Только не забывай, что я сам не смогу перезарядиться, – проворчал Меченый. – И давай-ка, вкалывай мне все обезболивающие и стимуляторы, что насобирал в их аптечках.
– Уверен? – спросил я с сомнением. – Не рубанет тебя передоз с такого коктейля?
– Да хоть бы и рубанул, – усмехнулся Меченый бледными губами.
– Ладно, – пожал я плечами. И выполнил просьбу сталкера, вколов ему аж шесть шприц-тюбиков прямо через камуфлу.
– Вот теперь повоюем, – хмыкнул Меченый, зрачки которого заметно расширились – по ходу, фанатики таскали с собой не только дорогие автоматы, но и недешевую химию первой помощи.
– И куда теперь? – спросил я.
– Туда, – кивнул Меченый на огромный, в несколько этажей недостроенный бетонный куб, окруженный ржавыми подъемными кранами. – К пятому энергоблоку.
– Так четвертый в противоположной стороне, – недоуменно проговорил я.
Меченый усмехнулся.
– Вряд ли мы с тобой сейчас незаметно поверху пройдем, и вдобавок без проблем через подводящий канал переправимся. Просчитался немного лесник, далековато мы из «кротовины» вышли. Похоже, Монумент действительно неслабо исказил пространство.
– Ну, если представляешь, тогда погнали, – сказал я.
