В мире где никому нечего делать, нет ни друзей, ни врагов, только пустота и тишина – такова жизнь без проникающей боли и шока. Каждый день как будто бы замедленный, скучный и незначительный. Но когда ты умираешь во сне, мир меняется: страх и одиночество рушат здравые моральные нормы....
А палец, до этого лежавший поверх спусковой скобы, лег на спусковой крючок…
– Погоди, – перебил я Сина, с серьезно-деловым видом опуская руку в карман. – Перед тем, как распасться на атомы, Охтыж просил передать тебе кое-что важное."
"Палец гетмана замер на спуске. Когда тот, в кого ты собрался стрелять, с сосредоточенной рожей толкает тебе про какие-то неотложные вещи, поневоле замешкаешься. Кто ж его знает, что он там сейчас расскажет, вдруг действительно что-то сто́ящее. Выстрелить-то всегда успеется. Нажать на спуск секундой раньше или секундой позже разница небольшая…
Неправильно это.
Доставать пистолет времени не было, поэтому я выстрелил прямо через карман, очень надеясь, что попаду в гетмана…
И не попал.
Как это порой бывает на войне, случилось маленькое чудо. А именно – вылетев из ствола «Форта», девятимиллиметровая пуля пробила карман пальто – и влетела прямиком в ствол крупнокалиберного гетмановского автомата. Во всяком случае, иначе я никак не могу объяснить тот факт, что АШ-12 резко дернулся назад в руках Сина, после чего двухрядный магазин автомата раскрылся эдаким огненным цветком – по ходу, в нем сдетонировали патроны. А может я в магазин попал…
В общем, не суть важно куда.
Но пока автомат падал на землю, я уже летел вперед в длинном броске, попутно выдергивая из кармана руку с зажатым в ней пистолетом.
Хотел ли я убить Сина? Да, хотел.
За Рудика.
За прикормленного мутанта, заставившего меня попробовать отвар из человечины. За тот день, когда я пожалел этого парня и вложил в его распоротый живот «синюю панацею».
Но в то же время я понимал: убей я сейчас гетмана – и в следующую секунду меня самого изрешетят очередями бойцы «Воли». А это было неправильно. Неравноценный обмен: мою жизнь за его. Как сказал классик, это не отмщение, если мстителя настигает расплата.
