– Ну, может, немножечко да, вообще-то, у меня непереносимость алкоголя.
– Это как? – спросила Зоя Саввична. – Вот бы моему зятю такую функцию.
– Ничего хорошего… – Глаза у Юлия уже закрывались. – Это выражается в том, что мне плохо уже сейчас, а завтра я и вовсе буду умирать от похмелья.
– Моему зятю подходит, – согласилась Зоя Саввична.
– Она, к сожалению, базовая, – огорчил Юлий женщину. – Так вот, что не сделаешь ради дела. Мне бабулечка всегда говорила: «Юлий, ты сгоришь на работе».
– Кай, будь добр, давай ближе ко второму другу, про твоих родственников потом, – направил его Эрик.
– Так вот, снеговик тут не при чем, – опомнился коммуникабельный опер. – Ну, в смысле, причем, но ни при чем, – попытался он еще раз объясниться.
– Юлик, даже я уже устала, – вступила в разговор Зоя Саввична.
– Ну, снеговик был там до, а вчера ночью кто-то ударил по голове нашего Робика, как называет его мама, и, посадив сзади снеговика, просто прикопал. Труп был не внутри снеговика, он сидел за ним. Его просто прислонили к нему со стороны леса и присыпали снегом.
– Ну слава богу, – со вздохом облегчения воскликнула Зоя Саввична. – Какая чудесная новость.
– Теперь вы меня пугаете, – сказал Юлик, вытаращившись на женщину, – ведь это Робик, а не ваш зять.
– Не надо так смотреть, я радуюсь по делу. Теперь понятно, что у нас не маньяк, который убивает людей и закатывает их в снеговики, – пояснила Зоя Саввична. – По-моему, это хорошая новость, терпеть не могу маньяков.
– Это вы что, фильмов американских насмотрелись? – сказал Эрик.
– Нет, ну я соглашусь, что снеговик очень страшный, как будто с оскалом волка, и кто его слепил? Ни один член семьи не признался в этом, а появился он давно, точно никто сказать не может, но где-то в начале ноября, то есть, возможно, в одно время с началом эпопеи с открытками.
– Откуда вы это все знаете? – удивился Эрик.
– Ну, – чуть смутилась Зоя Саввична, – не только Юлик у нас может заводить знакомства, я тоже еще ничего. Следователь, между прочим, был со мной очень любезен.
– Это, наверное, после того, как вы смогли быстрее его оперов вычислить машину потерпевшего, – догадался Юлий.
– Вот молодость! – всплеснула руками Белоцерковская. – Вы думаете, что будете молоды вечно, и считаете, что люди в возрасте ничего не чувствуют и должны идти и сбрасываться с горы.
– Я так не говорил, – пролепетал Юлий, через силу стараясь раскрыть смыкающиеся веки.