Кровожащиеся чудовища с клыками-стеклянными осколками летели прямо на него, и Силлов чувствовал страх — не только от пугающей обстановки, но и от собственной непредсказуемости. Каждый шаг в темном лесу казался опаснее предыдущего, каждый шорох мог быть сигналом беды. Но он оставался на своем, решившись на риск, чтобы выжить и продолжить сюжет, задуманный Северо-Западом....
Ее мне перед Переходом загрузил в КПК мой спаситель, друг и учитель, уже много лет живущий на острове среди бескрайних украинских болот. «Бутылрка» – это, скорее всего, Бутырская тюрьма.
Вот оно, карта-копия запроса через спутниковую программу начала двадцать первого века. Поиск «Бутырская тюрьма»…
Ого! Судя по виду сверху, реально не тюрьма, а крепость. И если верить краткой сноске, это целый тюремный замок, построенный еще при Екатерине Второй. Имеет четыре трехэтажные зубчатые башни, усиленные контрфорсами: «Пугачевская», в которой содержался зачинщик одноименного бунта, «Полицейская», «Северная» и «Часовая».
"Понятно. Если замок в восемнадцатом веке строили, то кирпича наверняка не жалели. Стены небось никакая пушка не возьмет. Ладно, это все лирика. Надо добраться до нее сначала, а потом по ходу дела разберемся, что к чему.
Определив по наладоннику и компасу направление, я взял за лапу осоловевшую Рут и пошел по улице… если, конечно, эту тропу между руинами можно было так назвать.
По пути я вновь не переставал удивляться тому, во что может превратиться большой и процветающий город за двести лет запустения.
Сквозь остатки зданий проросли гигантские мутировавшие сорняки, наверняка задавившие деревья в процессе бурной эволюции, – ни одного нормального дерева я, что в прошлое путешествие сюда, что сейчас, так и не увидел. Более-менее сохранились лишь дома старой постройки с толщиной стен в три кирпича, остальные осыпались, словно карточные домики, и лишь кучи бетона, полузасыпанного землей и песком, напоминали о том, что здесь когда-то стояло здание.
Один такой разлом шириной метра в два зигзагом пересекал улицу.
Ни черта не видно. Темно, как у дяди Тома в хижине.
Я с сомнением посмотрел на Рут. Я то и с рюкзаком перепрыгну, а она как?
Пьяненькая нео слегка покачивалась, но на ногах стояла уверенно. В ее глазах плескался ужас.
– Снар решил продать Рут багам?
Я припомнил, что Данила называл багами руконогов, шестиногих мутантов, смахивающих на человекообразных тараканов.
– Еще не хватало, – проворчал я.
