Кровожащиеся чудовища с клыками-стеклянными осколками летели прямо на него, и Силлов чувствовал страх — не только от пугающей обстановки, но и от собственной непредсказуемости. Каждый шаг в темном лесу казался опаснее предыдущего, каждый шорох мог быть сигналом беды. Но он оставался на своем, решившись на риск, чтобы выжить и продолжить сюжет, задуманный Северо-Западом....
А за моей спиной раздался топот, будто очень резвый наскипидаренный слон вознамерился срочно со мной познакомиться.
Я обернулся… и челюсть моя свободно повисла на связках, как парашютист на стропах. Потому что на меня неслось нечто невообразимое…
Я вообще-то в детстве был примерным мальчиком. И вместо того, чтобы, как все нормальные мальчишки, мучить кошек, охотиться с рогаткой на воробьев и бить камнями стекла в окнах врагов с соседней улицы, читал книжки. Естественно, делал я это в промежутках между кормежкой львов, метанием ножей и кульбитами под куполом цирка.
И вот в одном из этих промежутков попался мне в руки потертый фолиант с забавными доисторическими зверушками. Одна запомнилась особо. Задние лапы толстые и мощные, хвост под стать этим лапам, чисто бревно. Передние лапки чисто декоративные, а морда – одна сплошная пасть с глазами. Называлось это чудо природы Tyrannosaurus rex. Запомнилось название потому, что одного из наших дрессированных медведей Рексом звали…
Так вот, сейчас этот самый рекс, воплощенный в металле, чесал ко мне на всех парах, недвусмысленно разинув пасть.
До меня наконец дошло. Если арбалетчик вначале и собирался меня прикончить, то, увидев этот слегка тронутый ржавчиной стальной кошмар, предпочел выстрелить в него. Да только роботу его выстрел как мне укус моли-наркоманки, обожравшейся нафталина.
Но порой полторы секунды – это очень много. Я даже сперва не понял, что вдруг такое выскочило из-за развалин и ударило робота в бочину. Только похожую пасть отметило сознание и более обширные следы коррозии на ней, смахивающие на пятна засохшей крови.
В следующее мгновение два огромных, но на удивление гибких тела бились среди старых бетонных плит, размалывая их в пыль ударами лап и мощных хвостов.
И «мой» явно забивал лузера, неизвестно с какой радости бросившегося на более сильного противника.
