Кровожащиеся чудовища с клыками-стеклянными осколками летели прямо на него, и Силлов чувствовал страх — не только от пугающей обстановки, но и от собственной непредсказуемости. Каждый шаг в темном лесу казался опаснее предыдущего, каждый шорох мог быть сигналом беды. Но он оставался на своем, решившись на риск, чтобы выжить и продолжить сюжет, задуманный Северо-Западом....
Рвал его зубами, дубасил конечностями, хлестал хвостом… А я, вместо того чтобы бежать со всех ног, стоял и смотрел, не в силах оторвать взгляда от этого первобытного зрелища…
Наверно, все-таки не труд сделал из обезьяны человека, а естественный отбор. Самых любопытных и впечатлительных мартышек сожрали хищники. Выжили равнодушные рационалисты, которые сидели в теплых пещерах и не посещали опасных шоу типа того, что разворачивалось сейчас перед моими глазами.
В общем, ржавый динозавр должен был вымереть с минуты на минуту.
Бам! Бам! Бам!..
И вдруг среди этого «бам-бам» что-то бабахнуло громче в разы, отчего «моего» рекса отбросило назад словно пушинку. Причем, пока он летел, на его спине набух и прорвался наружу огненным гноем внушительный фурункул.
Плотно пригнанные чешуйки тираннозавровой брони разорвало на части, словно они были картонными.
«Последний довод королей… который надо хоть изредка чистить перед тем, как стрелять», – подумал я. Наверно, робот берег этот выстрел многие годы, чисто на крайний случай. Но при этом позабыл элементарные нормы ухода за оружием. А ствол забился всякой дрянью, и хотя свое предназначение выполнил, но и хозяину нанес неслабую травму…
На которую тот особого внимания не обратил.
Сейчас робот пытался встать, кося на меня плотоядным лиловым глазом. Ах ты, падла доисторическая!
Не мешкая, я сунул «Бритву» в ножны на предплечье, подхватил с земли фламберг и в два прыжка преодолел расстояние между мной и поверженным роботом. Поднырнув под удар покалеченной лапы, я с силой долбанул острием двуручного меча по единственному объективу, сохранившемуся в башке стального тираннозавра.
Грубое орудие Средневековья победило технологию. Острие меча разбило объектив и провалилось в череп робота на четверть. Я вовремя отпустил рукоять. Клинок что-то замкнул в башке стального тираннозавра. Треск, вспышка – и оплавленный обломок меча упал на землю. Из пасти робота повалил дым.
И вдруг у меня со страшной силой заболела голова. Словно ее в раскаленные тиски зажали и вдобавок нехило приложили кувалдой по макушке.
