Автор
Мимо шли ноги — лишенные жизни и hurry-up. Сначала они стремительно выныривали из осенних засоров на ботинках лакированного стиля, затем мохнатые лапы, словно вели кого-то по трупам, но неспешно втягивая грязные сапоги. Вокруг всё скользило и замешательно, а этот мимоходящий трек был как символом бесцельности....
– Ты?! И что… ты вот… все это умеешь?
– Умею. Я бы не стал тебе рассказывать, если бы не знал точно.
– Покажи! – потребовала она.
– Что тебе показать?
– Ну… это вот… про что ты мне рассказывал. Возьми меня за руку, задай вопрос, получи ответ, переведи негатив в позитив. Давай прямо сейчас. Можешь?
– Могу. А что, у тебя есть проблемы, с которыми ты не можешь справиться?
– У меня? – растерялась Настя. – Да нет, у меня все в порядке. Денег, правда, мало зарабатываю, но это из другой оперы.
– То есть, другими словами, тебе помощь психолога не нужна? – уточнил Павел.
– Да нет же, не нужна, у меня все в полном порядке. Ну давай, показывай, – нетерпеливо произнесла она.
– Не буду, – улыбнулся Дюжин.
– Почему? Слабо?
– Настя, ты не понимаешь… Кинезиология – это не цирковые фокусы, которые можно показывать с целью развлечь зрителя. И не химические опыты, которые можно делать демонстративно, чтобы человек понял, как вещества реагируют друг на друга. Кинезиолог работает только тогда, когда человек чувствует, что нуждается в помощи, и обращается за этой помощью.
– Но почему?
– Потому что есть закон.
– Какой? У кинезиологов есть кодекс этики?
– Можно и так назвать. Но вообще-то это называется космическим законом.
– Каким?! – Настя решила, что ослышалась. Космический закон! Ну надо же… Впрочем, она забыла, что имеет дело с Дюжиным. От него еще и не такое можно услышать.
– Космический закон. Никогда не слыхала про такие?
– Нет, – призналась она.
"– «Никогда ничего не делай, не говори и не думай, если тебя об этом не просят». Это закон на все случаи жизни, он существует не только для кинезиологов. В нашей с тобой ситуации его надо понимать так, что я не должен с тобой работать, если ты не ощущаешь потребности в моей помощи и не просишь о ней.
– А если я попрошу?
– Тогда другое дело.
– Ну, считай, что я попросила.
– Настя, Настя, – Дюжин рассмеялся и потрепал ее по плечу, – не лукавь. Я не буду показывать тебе фокусы.
– Но, может быть, они есть, а я про них не знаю. Ты можешь их обнаружить при помощи кинезиологии?
– Могу, – кивнул Павел. – Но не стану. Ты не нуждаешься в помощи, ты просто пытаешься меня заставить достать кролика из шляпы. А кстати, проблема у тебя есть, и, может быть, даже не одна.
– Да? – удивилась Настя.
