Возвращение из долгой командировки открывает перед главным героем новые возможности, но одновременно создает сложные препятствия. Между личными амбициями и служебными обязанностями ему предстоит найти баланс, прокладывая себе путь вверх по государственной лестнице Российской Империи.
Раздел Chitat.online для книги «Законник Российской Империи. Том 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Возвращение из долгой командировки открывает перед главным героем новые возможности, но одновременно создает сложные препятствия. Между личными амбициями и служебными обязанностями ему предстоит найти баланс, прокладывая себе путь вверх по государственной лестнице Российской Империи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Возвращение из долгой командировки открывает перед главным героем новые возможности, но одновременно создает сложные препятствия. Между личными амбициями и служебными обязанностями ему предстоит найти баланс, прокладывая себе путь вверх по государственной лестнице Российской Империи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Законник Российской Империи. Том 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На стене напротив была карта Российской Империи, где красными метками я обозначил все объекты, связанные с заговором. Пять лабораторий, десятки секретных складов, дома высокопоставленных предателей… Вся эта сеть казалась огромной и при этом была лишь верхушкой айсберга того, что называлось «Обществом Вечного Огня».
Еще одна деталь не давала покоя — молчание заграничных дипломатов. Несмотря на неопровержимые доказательства участия британских и прусских агентов в заговоре, официальные представительства хранили гробовое молчание, как будто просто не замечали скандала. Обычно такие разоблачения вызывали хотя бы возмущенные опровержения, но тут — ничего. Словно им было наплевать, что их поймали за руку, или они чувствовали защиту какой-то силы, значительно превосходящей дипломатические неудобства.
Я подошел к окну, наблюдая, как последние лучи заходящего солнца золотят крыши Санкт-Петербурга. За прошедшие три дня я не покидал кабинета, с головой погрузившись в анализ. Мои магические резервы восстановились, но физическая усталость давала о себе знать.
Стук в дверь прервал мои размышления.
— Войдите! — я обернулся, ожидая увидеть Василису с очередной порцией чая.
Вместо этого на пороге возник Виктор, все еще опиравшийся на трость, но заметно посвежевший.
— Вижу, ты решил зарыться в бумагах так глубоко, что скоро забудешь дорогу наружу, — заметил он, оглядывая заваленный документами кабинет.
— Виктор! — я искренне обрадовался, пожимая руку другу. — Тебя уже выписали?
— На свой страх и риск, — хмыкнул он, проходя внутрь и осторожно опускаясь в кресло для посетителей. — Костоправы требовали еще неделю лежать и пить их отвратительные настойки, но я решил, что лучше досматриваться в работе, чем в палате.
— Узнаю старого служаку, — усмехнулся я, возвращаясь за стол. — Что ж, твое прибытие весьма кстати.
— Неужели? — Виктор вопросительно поднял бровь.
— Посмотри на это, — я выдвинул ящик стола и достал несколько листов, исписанных мелким почерком. — Последние три дня я составляю хронологию загадочных смертей, произошедших после нашей операции.
Виктор внимательно изучил предложенные бумаги.
— Сенатор Клаусевиц, вице-губернатор Таврический, профессор Гельман, банкир Штерн, полковник Кожин… — он нахмурился, вчитываясь в даты и обстоятельства. — И все это за последние десять дней?
— Именно, — я забрал листы и разложил их перед собой. — Официально — несчастные случаи. Клаусевиц удавился при невыясненных обстоятельствах, Таврический отравился грибами, Гельман выпал из окна своего кабинета, Штерн утонул в ванной, Кожин погиб при чистке оружия.
— Слишком много совпадений, — задумчиво произнес Виктор.
