И даже потом, когда я привезла его домой, он не сразу понял, что стал свободным человеком. Сидел тихонечко в гостиной и задумчиво смотрел в окно, совсем как в Найсберри. И только сегодня утром, стоя перед зеркалом и разглядывая свою новую темно-синюю пару, старик наконец осознал, что его злоключения закончились. «Кэри-Кэри, – крепко обняв меня, пробормотал дядюшка. – Ты все-таки это сделала! Вытащила меня из долгового ада, как и обещала!». А я вытирала бегущие по его щекам слезы и думала, что ради одного этого мгновения готова выйти не только за Кейна, но и за самого дьявола, что, впрочем, на мой взгляд, почти одно и то же.
В церкви пахнет воском и пылью, проход между скамьями украшен белыми цветами, и я иду по нему, высоко держа увенчанную драгоценной диадемой голову, а мой взгляд скользит по сидящим на скамьях гостям. Сегодня здесь собрался весь высший свет Уэстена. Я вижу обрюзгшее лицо старика Стакса, второго после Кейна городского богача; младший Стакс, Генри, разглядывает меня пристально, беззастенчиво пялясь на грудь, и под узкой полоской его усов сверкает немного злая улыбка. Похоже, «тигру» не очень приятно осознавать, что Кейн его обошел. Долли Марчем, в необъятном сиреневом костюме, стоит почти в проходе и жадно рассматривает мое платье, сверкающие драгоценности и кружевную накидку, закрывающую лицо. Если бы Долли могла, она бы, наверное, заглянула и под нее, чтобы доподлинно выяснить, с каким настроением я иду под венец, но правила есть правила, и главный рупор уэстенской общественности довольствуется тем, что придвигается еще ближе, почти нависая над крошечной госпожой Оукс.
Недалеко от Марчем я замечаю Рента. Полковник кажется мрачным, глаза его потухли, а у губ залегла горькая складка. Встретившись со мной взглядом, Рент попытался улыбнуться, и мне неожиданно стало его жаль.
Не знаю, как повернулась бы моя жизнь, не вмешайся в нее Кейн, но, возможно, у нас с полковником были бы все шансы создать неплохую семью. Впрочем, так это или нет, теперь уже не узнаешь.
Я сильнее оперлась на дядину руку. Не время думать о прошлом.
Шаг, еще один, и еще… И вот я уже вижу кузину Бетси с господином Кроу и Мелинду Коуэнн с Триш Латимер. Бет в новом, модного винного цвета наряде, пытается выглядеть довольной, но в глазах ее застыла жгучая зависть, а сестрица Мелинды смотрит на мое платье с таким простодушным восхищением, что невольно вызывает у меня улыбку. Ах, каким романтичным, должно быть, видится юной девочке все происходящее! И каким красивым…"
"Что ж, не знаю, как насчет романтики – за последние годы я как-то подзабыла, что это такое, – а вот свадебный наряд действительно великолепен.
Изящное голубое платье, сшитое мэтром Ольдени, доставили из столицы три дня назад.