В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
И первое, что я сделал – поставил малую баронскую печать на лицензию, позволяющую некому лавочнику Мафусу Хуму заняться распродажей имущества из дома мэра.
Обошлись без оценщиков. Я просто посмотрел мужику в глаза и сказал:
-- Мафус, твои – все расходы и двадцать пять процентов от того, что выручишь. Помни, почтенный, как закончил свою жизнь мэр Шертен.
Мужик кланялся и божился, что – «ни в коем случае!». Думаю, мы поняли друг друга.
Глава 51
Глава 51
МАРИ
На ремонт Оскар выделил мне сорок золотых, не забыв занудно добавить:
-- Учти, больше – ни копейки! А вот это, – он добавил еще десять, – потратишь на дрова и продукты.
Курс золота к серебру здесь был, примерно, один к шестидесяти-шестидесяти двум, как сторгуешься. Так что в данный момент я держала в руках сумму, которой у меня отродясь не было. Оскар немного рассказал мне о том, как прошли переговоры со святыми братьями. Честно говоря, меня его рассказ напугал:
-- Ты с ума сошел! Ты же понимаешь, что секрет агар-агара они узнают не через пять лет, а буквально через пару седмиц? Ты не боишься, что братья офигеют от твоей цены? Офигеют и начнут предъявлять!
Оскар хмуро глянул на меня, небрежно пожал плечами и ответил:
-- Я думал об этом.
Волноваться мне было особо и некогда, потому что буквально через день из города пришли рабочие.
"Оскар с бароном без конца ездили на какие-то совещания по части финансов. То у них была беседа со святыми братьями, то встреча с местными лавочниками, то до нас добрался небольшой купеческий обоз. Оскар был просто в восторге:
-- Представь, как быстро до людей дошло, что с Корром снова можно торговать!
Весь ремонт свалился на меня.
Снесли все деревянные перегородки на первом этаже, в стенах выбили отверстия под окна. Приходил плотник и замерял оконные проемы, тяжко вздыхая, что вот летом бы удобнее было работать.
