В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
За спиной суетились горничные, а я бегом нес ее в одну из пустых комнат. Следом, причитая, спешила ее новая горничная Тина, кажется так зовут девицу. Она, отодвинув меня, кинулась распускать Мари шнуровку на платье.
-- Что с тобой?!
Мари сидела в кресле, быстро приходя в себя: пропадала пугающая бледность, на лицо возвращались краски.
-- Тина, дай мне воды и полотенце. Надо умыться.
Девушка вышла из комнаты.
-- Ты что, отравилась? Что-то несвежее съела? Или что?
-- Думаю, я жду ребенка, Оскар…
ЭПИЛОГ
ЭПИЛОГ
***
-- Зачем столько, Мари?!
Мари легко рассмеялась:
-- Мужчина! – и столько тепла и любви было в ее голосе, что Оскар зажмурился, как разомлевший на солнышке кот.
Он подставил голову под ласковую руку жены. Она взъерошила ему волосы и присела на широкий подлокотник кресла. Этот рабочий кабинет Оскар обставлял сам. Именно потому, кресло и имело такие странноватые подлокотники – жене было удобно устраиваться на них и обсуждать разные домашние мелочи. Часто, особенно по вечерам, такие разговоры кончались тем, что Мари оказывалась у него на коленях, и все разговоры переносились на другой день.
Только что на его стол лег список закупок – требовалось послать людей в Астерд за деликатесами. Внушительный, надо сказать, список. Оскар пробежал глазами перечень вин и удивился совершенно непритворно.
-- Я опять что-то забыл, радость моя?
-- Как и всегда, – Мари улыбалась его искреннему недоумению.
Муж смешно почесал за ухом и уточнил:
-- Это касается семьи?
-- Разумеется, касается! – Мари всегда веселила способность Оскара забывать все значимые даты.
О нет, склерозом баронет не страдал. Более того, во всех делах всегда отличался четкостью и дотошностью, помнил пункты договоров со старшими братьями Храма почти наизусть. Как и в любой момент дня или ночи, мог процитировать разделы трудовых контрактов всех механиков или цеховых мастеров.
Но вот все, что касалось различных торжественных дат, совершенно не держалось в его памяти.
-- Подскажешь? – муж смотрел почти жалобно.
-- Через седмицу семнадцать лет со дня свадьбы отца.
-- О, черт! – Оскар поморщился. – Опять приедут Ленсоры…
-- Смирись, дорогой, – серьезно посоветовала Мари.
