В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
– Мы не можем отказать им от дома. Кроме того, мадам Летицию не так уж и расстраивают эти прохиндеи, а внуков она повидает с удовольствием. Мне кажется, она как-то избирательно глуха к сыну. Так что потерпим.
-- Вот только ради нее и потерпим. Но если этот… -- он заколебался и, наконец, выбрал приличное выражение -- …этот шакал опять заведет речь о завещании на ее личное имущество, клянусь Одноглазым Маруном, вызову на дуэль.
-- Не злись, дорогой, – Мари успокаивающе погладила его по плечу. – И никаких дуэлей и скандалов.
-- Да я понимаю… – Оскар досадливо махнул рукой. – Конечно, потерплю. Просто страшно злит эта его способность все и всегда сводить к денежным расчетам. А уж от речей барона о том, что главное в жизни – благосостояние семьи, меня уже просто тошнит! Ведь все понимают, куда именно он ведет: к личным средствам мадам Летиции, а вот поди ж ты, ему кажется, что он просто легко намекает! Да и эта его Джейма… – Оскар снова сморщился, как от зубной боли.
"Баронесса Джейма Ленсор с годами приобрела весьма неприятную привычку – страдать. Почему-то ей нравилось изображать из себя мученицу, и она готова была лить бесконечные речи о своих горестях и печалях в любые подходящие уши. Пару лет назад Ленсоры возили старшую дочь представлять ко двору. Так у них появилась новая тема – рассказы о Рангалле.
Барон страдал и рассуждал о том, сколько пришлось отвалить за поездку, и ужасался столичным ценам. А баронесса говорила о том, как тосклива жизнь в провинции и как ей не хватает благородного общества.
-- Конечно, милая баронетта дель Корро, вы же понимаете, мы здесь, в провинции, не можем позволить себе таких увеселений. Но и ее поведение на этом балу было просто возмутительным! Да меня бы не пригласили у нас в приличный дом, если бы я дозволила дочери нацепить такое вызывающе короткое платье! Как может мать семейства не замечать… -- ну, и так далее до бесконечности.
Сочетание зависти и раздражительного осуждения в словах баронессы Джеймы Ленсор всегда зашкаливало.
Благо, что еще много лет назад, при первых «родственных» визитах Мари обнаружила, что если ныть баронессе в ответ и не ставить на стол никаких роскошных блюд, откровенно экономя на неприятных гостях, то и визиты их становятся короче и реже.
