Даже не задумываясь над тем, что сам не пьет этот холодный чай, он все равно заваривает его. Для Макса. Самопроизвольно всплывают воспоминания обо всех прошлых отношениях в его жизни, и Женя вдруг понимает, что некоторые из них заканчивались подобной претензией — Женя чересчур любит самолично всем руководить и быть неоспоримым лидером. Другими словами, быть сверху… Только до Макса с последним проблем как раз не возникало. Ни в прямом, ни в переносном смысле.
Настенные часы продолжают неторопливо тикать, отмеривая новые исчезающие в прошлом минуты. Спустя полчаса Женя находит в себе силы признаться, что не особо был рад видеть эту его Пашку сегодня на своей кухне, но Макс действительно мог бы и предупредить. Да, он немного ревнует Максима к треку, но ему не «глубоко похрен» на его успехи. Он многое сделал для того, чтобы они появились. Личное пространство? Неужели его так не хватает Максу? Спустя еще полчаса отсутствия Максима и внутренних диалогов с самим собой, Евгений скрепя сердце признает, что Макс имеет право на это свое пространство, которое у него всегда было, даже если в ущерб самому Жене. Осталось научиться относиться к этому адекватно. Компромисс с самим собой?
За несколько минут до часу ночи во входную дверь раздается стук. Женя делает вдох и идет открывать ее. На пороге Макс, очевидно, забывший ключи. Женя оставляет дверь открытой и молча возвращается на кухню. За звуком льющейся в раковину воды, слышит, как хлопает дверь ванной. Ладно, они опять не разговаривают. Даже несмотря на то, что Евгений почти готов признать некоторую свою неправоту, в остальном все еще сильно задет поведением Макса. Убирает на кухне, открывает упаковку с кофе, засыпает кофеварку на утро, когда вдруг чувствует, как кто-то утыкается лбом меж его лопаток. На секунду застывает. За своими мыслями он не слышал, как Максим зашел на кухню. Тот ничего не говорит, но это и не обязательно, когда его руки ложатся на пояс Жени. Похоже, каждый из них все-таки думал и делал свои выводы все это время.
— Чай будешь? — Спокойно интересуется Евгений. — Уже должен был остыть.
— Потом… — Слегка приглушенно в его спину.
Женя чувствует мягкое прикосновение губ к своему плечу. Это не поцелуй, просто касание, но оно заставляет его повернуться к Максиму. Он несколько секунд смотрит в почти черные глаза и, слегка качая головой, просто кладет ладонь на его затылок. Чуть подается вперед и накрывает приоткрытые губы, ощущая, как тот прижимается ближе и трется бедрами. Макс толкается языком, дерзким, влажным и теплым. Запускает ладони под майку Жени и стягивает ее с него. Расстегивает джинсы, спуская с бедер… Универсальный способ извиниться обоим, не произнося при этом ни слова и не задевая гордость.