В тени кленов и лип, где Михаил Гройс провел долгую прогулку утрою дня, ожидая своей судьбы. В кофейне он встретится с массажистом, а вечером – с теми, кто готов предложить ему последнюю возможность в жизни. Ключ к решению всех загадок за закрытыми дверями найдется именно здесь....
– Угораздил же черт связаться с мелкой пакостью, – с тоской сказал Сергей.
Макар в ответ укоризненно заметил, что очень некрасиво с его стороны так говорить о своей жене, и нажал отбой, пока Бабкин не начал рычать.
– Ну где ты там? – проворчал Сергей, адресуясь Садыкову.
Он представил, как внутри Тимур договаривается о продаже диадем. «У меня тут две одинаковые штуковины… Не спрашивайте!» Хорошо бы взглянуть на эти диадемы. Интересно, определил бы он, где произведение ювелирного искусства, а где подделка?
За дверью мелькнул силуэт.
– Договорились что ли? – пробормотал Бабкин.
Садыков вышел, беззаботно крутя на пальце ключи от машины.
– Куда теперь, голубь ты наш?
Голубь поехал домой. Сергей проводил его до знакомого двора, убедился, что Садыков вошел в подъезд, и с облегчением выбрался наружу.
«Господи, как будто снял обувь, которая мала на размер!»"
"Он доковылял до ближайшей скамейки, вытащил сигарету. Подумал «Я не курю» – и закурил. Сидел, с наслаждением выпуская дым, и пытался вспомнить, зачем бросил когда-то.
Он докурил, посидел еще немного, чувствуя себя вараном, греющимся на скалах. Илюшин спрашивал про старость… Когда начинаешь ощущать себя не млекопитающим, а холоднокровным – это оно.
Дверь подъезда, в котором жил Садыков, приоткрылась, выпуская мальчишку на самокате. Сергей добежал прежде, чем она захлопнулась.
Пожилая консьержка воззрилась на него через окно своей комнатушки.
Рука Бабкина нырнула в карман за удостоверением.
Консьержке, как и владельцу голубятни, оказалось достаточно обложки. Бабкин все ждал, прочтет ли кто-нибудь, что он имеет право тормозить поезда, спросит ли, пользовался ли он этой возможностью. Но пока таких не встречалось.
– Опять зеркала скрутили? – спросила женщина, едва открыв дверь.
– По зеркалам к Вакулину, – веско ответил Бабкин. – Я по другому вопросу. Вы вчера работали?
– Ну я…
– Садыков Тимур в какое время покинул квартиру?
– Да откуда ж я знаю…
Бабкин нахмурился.
– А журнал?
– Какой журнал?
– Вы записываете передвижения жильцов? Гостей, доставщиков, визитеров?
– Нет…
– Плохо! – отрезал он. – Что за безалаберность! С домоуправлением уже провели одну беседу. Теперь, значит, будем проводить вторую.
