Автор
В темном коридоре я медленно ищу ключ, чтобы открыть дверь. Силовой стук ночи разрывает ночной мрак, заставляя меня вжаться в угол комнаты, прячашься под тонкими бретельками ночнушки с вырезом. Атмосфера напряженности и опасности навевает дрожь — кажется, кто-то неизвестный пробирается к своей жертве в этом холодном, отдаленном доме....
Я боюсь засыпать, мне страшно, что Руслан в любую минуту вернется, но прождав его пару часов, усталость все же берет свое, и я сваливаюсь в болезненную дремоту.
Просыпаюсь от того, что мои руки горят огнем. Они одновременно жутко чешутся и жгут. Не знаю что делать, горячая вода лишь усугубляет ситуацию. Проходит несколько часов, но лучше не становиться. Мне настолько больно, что я непроизвольно всхлипываю, не в силах это терпеть. Из последних сил разрываю одну из рубашек Руслана, и обматываю ею свои руки в надежде, что это хоть как-то поможет, но не помогает.
Сильнее закутываюсь в одеяло. Мне снова холодно, хотя в комнате больше двадцати градусов тепла. Градусник, висящий на стене, не должен врать.
Не замечаю даже, как проваливаюсь в беспокойный, тягостный сон, из которого вовсе не хочется выбираться.
Ночь проходит мучительно долго, и я с ужасом просыпаюсь от того, что утром ничего не изменилось, а стало только хуже. Мои руки пульсируют от боли, и я не решаюсь даже снимать повязки. Боюсь увидеть там что-то страшное.
Кажется, уже день прошел, но Руслана нет. Лиза тоже не приходит, и я неистово радуюсь этим двум новостям. Не собираюсь выходить отсюда, чтобы снова ловить презрительные взгляды окружающих меня гиен.
Если вчера ведь день мне было холодно, то сегодня с самой ночи мне жутко жарко.
В какой-то момент мне становиться тяжело дышать, но я не позволяю себе звать на помощь, да и кто мне здесь поможет? Они все волком смотрят на меня, считая дни до моей смерти.
Я лежу спиной к двери, когда она резко распахивается. Я знаю, это пришел мой палач, и я должна встать.
Превозмогая боль, опираюсь руками о кровать, медленно поворачиваюсь. Руслан стоит передо мной в черных джинсах и такой же рубашке, закатанной до локтей. На руке бликами отдают часы, так же как и пряжка его металлического ремня. По телу проходится волна дрожи. Ничего не могу поделать с собой. Этот мужчина напоминает мне хищника.
– Я проголодался. Снимай с себя тряпки."
"Стараюсь не подать виду как мне плохо.
