Автор
Мирослава просыпается от резкой тревожной мысли: "Они не звонят, они сами придут". Встреча с незваными гостями на воскресенье выходит из-под контроля. Оставшаяся в постели Мирослава чувствует, как её сердце набухает от тревоги и беспомощности, когда светлые глаза сына сверкают испугом....
Час требуется на то, чтобы собраться вместе. С учетом того, что меня ищут повсюду, это невероятное везение, что никого из армии Шерхана не поймали.
Мы стоим в круг, десять человек, вооруженных до зубов, готовых пойти на все, чтобы прорваться и защитить меня и мою семью. План, что созрел в моей голове, похож на самоубийство, но другого нет и не предвидится. Главное — продержаться хотя бы еще один час, а дальше, если все выгорит, Гараю меня не достать."
"Кишка тонка, он только втихаря способен действовать, чужими руками.
— Все все поняли? — обвожу взглядом мужчин, на суровых лицах решительное выражение.
— Да, — раздается многоголосый ответ, ребята говорят почти хором.
Расходимся по разным машинам, я возвращаюсь в свою, ту, где меня ждет испуганная Слава и Сережка. Набираю на ходу номер Вовчика. Я знаю, что его пасут и наверняка слушают телефоны, поэтому до последнего не звоню ему. Но сейчас — настало время, пора.
— Это я, — говорю коротко, включая двигатель.
— Вы в городе? — в голосе ни капли удивления, он собран и готов ко всему.
— Пытаюсь прорваться.
— Нужна помощь? — он сдержан, тоже чувствует, что его слушают и боиться сказать лишнего. Я знаю, что меня могут отследить по мобильному, поэтому собираюсь выкинуть его, едва закончится разговор.
— Да, — говорю я ему, — собери пресс-конференцию в моем офисе. Как можно быстрее.
— Что сказать?
— Что Чабаш жив.
Это рискованный шаг, но единственно верный. Стоит мне явиться под прицелом видеокамер и заявить всему свет, что я жив и здоров, несмотря на то, что меня пытались убить, и Гарай вынужден будет отступить.
Он не попрет напрямую, слишком палевно.
Остается только дожить до этого момента.
Мы едем в окружении джипом с номерами чужого региона, ребята плотно обступили мой автомобиль. Держимся на одинаковом расстоянии, но уже на первом светофоре появляются гайцы.
— Не останавливаемся, — рычу вслух, будто Анвар, сидящий в головной тачке, может услышать меня.
Он не слышит, но и не думает тормозить, лихо проносимся мимо. Последний автомобиль из кортежа прикроет, я знаю, а мы, уже не скрываясь мчим дальше, в центр.
Кажется, что город не такой большой, и до центра рукой подать, только не тогда, когда на тебя охотятся буквально все.
