Автор
В темноте и одиночестве, героиня заблуждается на калитке роскошного庄园, где она оказалась по无缘故. Напуганная и вымотанная, она пытается найти выход из безвыходной ситуации, не подозревая, что в этот зазоре миллиардера прячутся опасности и загадки.
— Ты же справишься?
Макар хмурится.
— С ним, — уточняю. — С Баровым.
— У меня нет выбора. Был момент, когда я сам хотел сдохнуть из-за того, что натворил, но этот момент остался в прошлом.
Глава 17
Утром я спускаюсь на первый этаж позже Марины. Она смотрит на меня с легким укором, не веря, что я дала ей вчера заснуть и не поговорить с врачом. Но злится она без огонька, конец света из-за этого не наступил и спорить ей не с руки. Зато она выглядит отдохнувшей и даже помолодевшей, словно провела время не в кровати, а в спа-салоне.
— Доброе утро, Марина, — я всем видом показываю, что не понимаю грозных намеков, и прохожу к чайнику.
— Только такой, — Марина хмурится. — Электрический обещали завтра привезти, кофемашины тоже нет."
"— Мы не выживем, — подшучиваю, хотя парням из охраны будет плохо без хорошего кофе в ночные смены. — А турка есть? Я могу сварить.
— Я обыскала всю кухню. Вот всё, что есть.
Она со скорбью показывает на свое “богатство”. Одна кастрюля и одна сковородка, и небольшая горка разной мелочи — венчик, лопатка, да одна насадка для миксера.
— Понимаю, — киваю, бросая на Марину сочувственный взгляд. — Ты любишь готовить, а тут никаких условий.
— И толпа мужчин, которых надо кормить.
— И доставку не закажешь.
— Нет, ты что! — Марина отмахивается, ее передергивает от одного упоминания быстрой еды. — Сейчас каждый выезд в супермаркет будет как спецоперация, а чужих в дом никто не позовет. Даже к воротам не пустят.
— Но зато смотрит сколько здесь чая, — я раскрываю дверцу первого шкафа и нахожу там несколько коробок. — Я буду с клубникой, а ты?
— С ромашкой и два пакетика сразу.
Марина улыбается, показывая что шутит, и ее нервы в порядке.
— Ты уже нашла врача? По глазам вижу, что да.
— Ему сегодня лучше. Врач сказал, что не ожидал, что всё пройдет так легко. Обычно если дело дошло до коляски, то это неделя ада. Брат злится, не хочет видеть никакие таблетки и не слушает ничьи советы.
Марина бросает на меня хитрый взгляд, в котором ярко горит ее догадка, в чем дело.
— А я тут причем? — я качаю головой, отворачиваясь, чтобы она не видела мою счастливую победную улыбку. — Мы только поговорили вчера, и не больше часа. Уже поздно было, Макар заметил, что я клюю носом и…
— Макар? — Марина издает удивленный выдох. — Макар, значит.
— Илларионов.
— Оу. Надеюсь, ты не владеешь гипнозом, потому что других объяснений у меня нет.
