Автор
В глухой улице орала мужчина, вызывая насилие даже в тихом спокойствии осенних сумерек. Метрах в двухстах от них лежали два истекающих кровью тела — жертвы его последней язвы. В этом мраке и грохоте бешенства он чувствовал себя почти неподвластным, но не более того.
Конечно, Вознесенский - парень сообразительный и откровенных глупостей не наделает, но я все-таки тоже не совсем безмозглый и не могу позволить романтическому двоечнику ехать незнамо куда. Одно дело - бывшая невеста, и совсем другое - дружки по темным делишкам.
Выслушав мой подробный рассказ о встрече с Лидией Павловной Руденской, Светка, в свою очередь, отчиталась о поведении моей хвостатой банды. Оказывается, у Айсора вчера был понос. Она не стала говорить мне об этом по телефону, чтобы я не волновался.
- Зачем ждать вечера? Давай сейчас заскочим и все сделаем, - предложила моя соседка. - Вечером мы с Борей идем на юбилей, тебе придется ждать, пока я вернусь, а это будет не раньше часа ночи.
До часу ночи я, пожалуй, не доживу, и так почти не спал.
- Мне еще в аптеку надо зайти, у меня лекарства нет, - виновато сказал я.
- У меня есть.
Светка вынула из аптечки конвалюту с таблетками.
- Доедай быстренько, и пойдем, - скомандовала она, складывая в мойку грязную посуду."
"Все оказалось несколько хуже, чем я предполагал. Дома я обнаружил, что у Айсора действительно понос, причем приличный, и рвота. Я не стал обольщаться его болезненным состоянием, ибо многократно проверено: никакая болезнь не ослабляет силы его кошачьего сопротивления.
