Сначала кажется, такой суровый и важный господин вообще не умеет улыбаться. А вот теперь улыбается, и видно – добрый.
А потом он удивил меня ещё больше.
Когда поклонился мне.
- Для меня было величайшей честью познакомиться с вами, юная леди! Что-то мне подсказывает, что наше Королевство ждут хорошие времена.
Вот так я снова вернулась на свой бессменный пост.
Его величеству явно становилось лучше. И это безмерно меня радовало.
Мэтр Аурелиус, который осматривал его каждое утро, говорил, что король давно должен был встать на ноги, и он не понимает, в чем дело и почему до сих пор тот остаётся в постели. Пульс и дыхание в норме, цвет кожных покровов нормальный… Видимо, требовалось ещё время. Какая-то часть меня, которую я стыдилась, была этому очень рада. Нет, я конечно же, мечтала о том, чтобы мой король поскорее поправился! Но тогда…
Тогда он перестанет быть моим.
А мне придётся покинуть это место. Которое стало уже до боли родным. Потому что ни одной причины остаться, конечно же, больше не будет.
Тем вечером стемнело рано. Я теперь каждую свечу осматривала и обнюхивала перед тем, как зажечь, ничего не могла с собой поделась – вот такая глупая выработалась привычка.
Я сменила примочку на лбу короля. Осторожно стёрла холодную каплю, которая покатилась с его виска, рукой, чтоб не вымочила подушку.
Да так и осталась сидеть на краю его постели. Надо было встать, пересесть подальше… но я никак не могла себя заставить.
Это уже похоже на болезнь. И кажется, неизлечимую.
Наверное, надо уехать завтра. Аурелиус сказал, что Его величеству настолько лучше, что он должен очнуться со дня на день.
Я жадно всматривалась в мужественные черты. Любовалась плотно сомкнутой линией губ. Путалась взглядом в прядях волос цвета тёмного золота. Радовалась тому, как мерно и спокойно вздымается широкая грудная клетка, обтянутая белой рубашкой.
Я же умру, наверное, от смущения, когда эти глаза на меня снова посмотрят. Как я буду объясняться? Что я смогу объяснить?
Да, точно, надо сделать так, чтоб когда он очнётся, меня уже рядом не было. Это позволит избежать неловких сцен и объяснений.
Он же наверняка когда проснётся, даже не вспомнит, кто я такая. Станет спрашивать. Мне придётся напомнить – «а помните, Ваше величество, мы познакомились с вами в Замке ледяной розы?». Он нахмурится, припоминая, и в конце концов, конечно же, вспомнит, что была такая неуклюжая дурнушка, которую он спас от удушения пирожным. А дальше… спросит, наверное, что я делаю в его спальне.